Возвращение колдуна

Глен повёл нас дальше, на кухню, с которой доносился запах готовящегося ужина, не самый аппетитный, но мы все надеялись перехватить хоть что-нибудь после долгой походной диеты из воды и сухарей. Не вышло. Парень просто показал нам зал с длинным деревянным столом, где они все вместе принимают пищу.

— Не унывайте, ужин скоро, — глядя на скорбные лица Ялмара и Хораса, посмеялся он.

— Ну, хоть кормить будут, — буркнул Ялмар.

— Будешь старших гневить, могут и без обеда оставить, — пожал плечами Глен. — Давайте дальше, а то тоже жрать охота.

Жрать хотелось всем, и задерживаться не стали, надеясь вскоре сюда вернуться.

— Так, ну тренировочную вы видели... — почесал в затылке наш проводник. — К лейтенанту вас надо, значит, остальное пока без толку показывать.

— Веди, — хмыкнул я.

— Быстрее покажешь — быстрее пожрём, — философски заключил Хорас.

— Это вряд ли, — сказал Глен. — Чем дольше я вас тут вожу, тем меньше времени проведу с сержантом.

Я тихо фыркнул. Солдатчина всегда остаётся солдатчиной, даже если носит гордое название гвардии, палатинов или имперских ловчих.

Везде одно и то же. Стойкое желание улизнуть от выполнения своих обязанностей, урвать лишний кусок жратвы и поспать лишний часик, забившись в какой-нибудь тёмный уголок.

Глен. после очередной короткой остановки на отдых, наконец повёл нас к командиру. Ялмар и Хорас, хоть и успели уже немного освоиться, поглядев на быт и внутреннее убранство крепости, всё же несколько робели. Мне же было без разницы, хоть лейтенант, хоть генерал, хоть сам император, я всё-таки пришёл сюда не для того, чтобы посвятить свою жизнь воинской службе.

Да и присягать императору Домициану, честно говоря, не хотелось, связывать себя клятвами с тем, кто обречён на поражение и гибель, будет как-то глупо.

Вот его дядю, прежнего императора, Августуса Сильного, я уважал. У него имелось достаточно воли, чтобы давить поочерёдно всю придворную мразь, опутывавшую своими интригами всю империю, но он ошибся и позволил им всем объединиться против себя.

Поэтому его и отравили, корона перешла его племяннику, а в сети интриг начали запутывать уже меня.

Лейтенанта мы встретили неподалёку от штаба, откуда он выскочил красный и недовольный, тут же вперивая в нас злой напряжённый взгляд.

— Кто такие, откуда, — процедил он, по очереди оглядывая каждого из нас.

— Рекруты из Хуктона, господин лейтенант! — гаркнул я.

— Хуктон? Припозднились вы, — прищурился он. — Понял, Хуктон вычёркиваем.