Кодекс Рода. Книга 4

Он на коленях заполз под прилавок и принялся там возиться. Мне не нужны были сюрпризы, поэтому я навис над ним и посмотрел, чем он занят. Старик снимал дощечки с пола. Вскоре показался тот ящик, в который он складывал монеты, когда я заглядывал в окно.

— Вот здесь. Вот здесь все мои припасы на черный день, — он поднял тяжелый ящик и со стуком опустил на прилавок. Я заглянул внутрь и увидел, что ящик почти наполовину заполнен монетами.

— И на что мне хватит этих денег?

— На все, что угодно! Дом, лошадей, повозку, женщину.

— А мы разве договаривались об этом? Не припомню, чтобы я обещал сохранить тебе жизнь. Наоборот, я предупредил, что не оставляю в живых своих врагов.

— Ах ты, паршивый ишак! Трупный червь тебя за ногу! — закричал шибай, поднял руку, в которой уже формировалась магия, только она была не голубого цвета, как у бандитов Паучьего племени, а красная, и запустил в меня стрелой.

На мне был щит, поэтому я даже не шелохнулся. Красное острие пролетело мимо меня и ударилось об деревянную дверь, на которой осталась выемка.

— Что ж ты так невнимательно? Мог бы и лучше прицелиться, — усмехнулся я.

Старик в ответ закидал меня красными стрелами. На этот раз они попали бы точно в цель, но щит надежно закрывал меня.

— Так даже лучше. Мне совестно убивать безоружных врагов, — я отправил в ответ молнию.

Шибая отбросило к стене.

— Сгорел на работе, — тихо сказал я и покачал головой, перекладывая деньги в пространственный карман.

Я осмотрелся и увидел сумку из плотной ткани, которая висела на крючке у двери. Внутри была какая-то выпечка и зеленые салатные листья. Видимо, это был обед шибая.

Я вытряхнул еду на прилавок и часть денег переложил в сумку. Затем прошелся по шкафам и нашел еще немного монет и свои золотые слитки. Попрятав все в пространственный карман, вышел на улицу и подошел к двери дома, в которой остановилось семейство, встретившееся мне на пути.

Не успел я постучать, как дверь открылась, и на меня уставились три пары глаз.

— Это ты! Мама, папа, он пришел! — заверещала обрадованная девочка.

Юноши расступились и пригласили меня войти в дом. Я пригнулся, чтобы не удариться, и зашел. Внутри царила полутьма, поэтому мне потребовалось немного времени, чтобы глаза привыкли.

— Приветствую вас. Прошу проходите.