Пипец Котёнку! 3

Между нами были разногласия, но я даю слово дворянина, что никто не пострадает.

— Помню, что ты держал своё слово, даже будучи простолюдином, — кивает Олег. — Хорошо, идём. Будь моим гостем.

Я не прошу дать ответные гарантии безопасности. Если уж аристократ говорит, что ты будешь гостем в его доме, значит, можно ни о чём не беспокоиться.

Барон приказывает отменить тревогу. Купол снимают, а солдаты с облегчением расходятся. Должно быть, они наслышаны о том, как я разнёс наёмников, посланных убить меня в квартире, и рады тому, что не пришлось драться.

— Учти, что я рискую, принимая тебя в своём доме, — говорит по дороге Окунев, неловко переваливаясь при ходьбе. — Тебя ищет вся полиция города и гвардия губернатора. На дорогах выставили блокпосты, твой портрет во всех газетах.

— Понимаю, ваше благородие, и очень благодарен за доверие. А есть блинчики?

— Сегодня повариха нажарила беляшей и чебуреков.

— Вы шутите! — обрадованно восклицаю. — Это я удачно зашёл...

— Сначала поговорим, Ярослав, — бурчит Олег.

Уже в прихожей чувствую дурманящий аромат. Похоже, в этом доме всегда обалденно пахнет. Приятно вернуться, честно говоря.

Барон с облегчением скидывает шубу и тяжёлый бронежилет, который был под ней.

— Неужто вам бы духовного доспеха не хватило? — удивляюсь я.

— Слишком хорошо я понимал, с кем иду встречаться, — отвечает Окунев. — Можешь считать это комплиментом. Идём ко мне в кабинет.

Топаем через холл, к лестнице на второй этаж. Заходим в кабинет, где на стенах развешаны трофеи — головы и целые чучела различных монстров Изнанки.

Присвистываю и говорю:

— Неплохая коллекция.

— Все мои! — с гордостью говорит барон. — Я в молодости тоже ходил охотиться на Изнанку. Потому и позволил своим детям вступить в «Ураган». Ты Демьяна Мастифина знаешь?

— Конечно, знаю, он же начальник «Урагана».

— Вместе с ним охотились когда-то. В одной команде были. После того как он руку потерял, а мне чуть голову не откусили, я охоту забросил. Впрочем, давай о делах.

Мы с Олегом садимся в мягкие кресла друг напротив друга.

— Я был очень зол, когда ты помешал нам завладеть приютом, — говорит, наконец. — В этом был главный смысл устранения Ротановых, а не в какой-то банальной мести.

— Само собой, — развожу руками. — Вы уж простите. Я не мог позволить, чтобы вы разбросали моих друзей-сирот по всей России.

— Да кто тебе сказал, что я так поступлю?! — возмущается Окунев.