Три богатыря 5

Глава 8

Клубок ожидаемо покатился вперёд, и богатыри, переглянувшись, последовали за ним.

— Точно Яга, — хмыкнул Алеша, пропуская вперед Топтыгина и Мурома.

— Согласен, — прогудел Муром, не спеша шагая за бегущим по травке артефактом.

Богатырь думал, что клубок понесется вскачь, и за ним придется бежать, но артефакт, к его удивлению, подстроился под его шаг.

А в те моменты, когда Муром по сигналу Алеши замирал на месте, клубок терпеливо ждал, пока богатыри убедятся, что опасности нет, и только после этого катился дальше.

Да и опасностей, как таковых, фактически не было.

Один раз богатыри наткнулись на грызущих сосны бобров, которые не обратили на них никакого внимания. Второй – за богатырями увязался любопытный олень.

На опасность эти два случая совершенно не тянули, но Алеша, не делая поблажек ни себе, ни другим, реагировал как положено – объявлял тревогу и формировал оборонительный порядок.

Когда же клубок повел богатырей в глубину леса, Муром с Топтыгиным перестроились в оборонительный порядок без команды Алеши – вероятность засады возросла многократно.

И чем дальше вел богатырей клубок, тем темней становилось вокруг.

Причем, дело было как в вековых деревьях, закрывающих небо своими кронами, так и в самом солнышке. Уж слишком быстро оно катилось по небосводу.

Настолько быстро, что Муром начал волноваться.

— Алёш, — богатырь обернулся назад. — А тебе не кажется, что темнеть начало как-то слишком быстро?

— Кажется, — согласился эльф.

— На лесной тропе?

— Высокоуровневое рейнджерское умение, которое, в зависимости от умения друида, позволяет двигаться в десятки раз быстрее.

— И кто же у нас друид? — Муром бросил на клубок скептический взгляд.

— Яга, конечно, — усмехнулся Алеша. — Я тебе больше скажу, она, скорей всего, сейчас нас видит и слышит.

— Ясно, — вздохнул Муром, ускоряя шаг.

Он очень не любил неопределенность и хотел уже побыстрее добраться до точки назначения.

Клубок, словно прочитав мысли Мурома, ускорил свой бег, следующие два часа богатыри практически бежали.

Алеша несколько раз пытался было убедить друга замедлить ход, но Муром упрямо пёр вперед.

Накопившаяся усталость вкупе с поднимающимся изнутри раздражением грозили вот-вот вырваться наружу, и Муром, чтобы не сорваться, взвинчивал темп движения.