Три богатыря 5

— Мы с медведем, — зачем-то проговорил Алеша, не спеша проходить в горницу и усаживаться за стол.

Муром и вовсе застыл, словно соляной столб, пытаясь понять, на кого похожа эта смутно знакомая женщина и почему она ему так нравится.

— Я знаю, — хозяйка избушки и не подумала удивляться, — к нему у меня тоже дело есть.

— Ну вот, — Алеша тут же расплылся в довольной улыбке. — Это же совершенно другой коленкор!

Эльф по хозяйки прошёлся по просторной комнате, внимательно осматривая все вокруг, и закончил свой ознакомительный променад, усевшись за стол.

— А мы все гадаем, к кому нас клубок приведет, с какой целью…

— А сейчас, стало быть, — женщина лукаво улыбнулась. — Все встало на свои места?

— Вы сами сказали, что у вас к нашему Топтыгину дело. Точнее, «тоже дело есть», — поправился Алеша. — А мы с моим другом, — Алеша с улыбкой кивнул на зависшего Мурома, — деловой подход любим и уважаем. Вот только давайте без этих ваших штучек, ладно?

— Каких штучек? — удивилась хозяйка.

— Иллюзию уберите, — потребовал Алеша. — Ваше желание нам понравиться понятно, хоть и спорно, но то, что вы делаете – излишне.

— Как понял? — прищурилась женщина, с которой все радушие и гостеприимство сняло, как рукой.

— Слева на вас посмотрю, ну вылитая Катька, моя первая жена, справа – Оксанка, третья. А Муром и вовсе завис, а он только при Марине так в ступор впадал. Так что, будьте добры, снимите личину.

— Почему же вторую жену не вспомнили? — женщина с интересом уставилась на Алешу.

— Потому что её я не любил, — отрезал Алеша. — Итак?

— Какие умные богатыри нынче пошли, — усмехнулась женщина, чей облик подернулся, принимая естественный вид. — Обычно силушкой брали.

— Мы не такие, — уверенно заявил Алеша, с интересом рассматривая появившуюся в горнице старушку. — Мы силой никого не берем.

Старушка похожа на высохший финик – морщинистое лицо, пергаментная кожа рук, и даже темное платье свободного кроя не могло скрыть её худощавости.

Встреть Алеша такую особу ночью – принял бы её за сбежавшую из музея мумию.

Но стоило отдать ей должное, несмотря на морщины и горбатый нос, старушка до сих пор сохранила следы былой красоты.

— Не понял, — прокряхтел Муром, стряхивая с себя навеянное мороком оцепенение. — Что это было?

— Это, Илюшенька, нас с тобой к себе расположить хотели, — усмехнулся Алеша из-за стола и, враз став серьезным, посмотрел на хозяйку избы.