Закон джунглей. Книга 5.

Твори! — Судя по всему, наставник музыки прекрасно был знаком с Эаром, поэтому даже не предложил тому выбрать какую-то мелодию. Юноша не подвёл — аудиторию наполнили чарующие звуки, многократно усиленные печатями пипы. Складывалось ощущение, что мелодия пробирала до самых костей, вызывая улыбки, гнев, раздражение или счастье. Либо, скорее всего, всё это одновременно. То, что играл Эар, даже близко не стояло возле стандартной программы обучения. Пальцы музыканта носились по струнам, словно жили своей жизнью.

Он погрузился в состояние медитации, растворившись в музыке. Он и был самой музыкой. Вот только… Даже не знаю, как это назвать. В том, что творил Эар, не было чего-то важного. Того, без чего музыки не должно существовать. В ней не было… Небо, дай твоему косноязычному искателю ассоциацию. В музыке не было гармонии, как бы это странно ни звучало. Она была совершенна, Эар не допустил ни одной ошибки, но при этом музыка была без гармонии. Да, мне определённо стоит больше читать — нужно расширять свой словарный запас.

Пять минут спустя, когда последние звуки пипы умолкли, аудитория взорвалась аплодисментами. Хлопали все — редко когда удаётся услышать идеальное произведение в исполнении настоящего гения. То, что Эар был гениальным музыкантом, я уже осознал.

— Неплохая интерпретация геурской мелодии, — заключил наставник Хаб Сот. — Должен признать, Эар, сегодня ты превзошёл все мои ожидания. Начисляю тебе дополнительные десять баллов рейтинга факультета медитаций и официально заявляю о том, что ты являешься первым студентом начального года обучения, что успешно сдал выпускные испытания по моему предмету.

Прошу артефакт школы внести соответствующие записи в журналы. Зандр, твой черёд. Тебе необходим инструмент?

— Я буду играть на своём, — ответил я по аналогии с Эаром и достал пипу, купленную ещё в нулевом поясе. Простая, без единого усиления, по сравнению с предыдущим инструментом и вовсе неказистая, она тем не менее была мне дорога.

Эту пипу купил мне наставник Герлон, что делало её самым мощным артефактом нашего мира по умолчанию.

— Твои пять минут начались. Твори!

Я вспомнил слова наставника о том, что Эар играл интерпретацию геурской мелодии. Решение о том, что делать, пришло мгновенно — если и оценивать игру двух музыкантов, то следует это делать по одному и тому же произведению. Вот только играть я буду так, как подсказывает мне чувство прекрасного, а не совершенная память.