Тень наставника

– Я оставлю тебя в живых самозванец! Оставлю только потому, что вы разрушили моё проклятье. Пошли вон оба!

Волк не стал спорить. Он схватил застывшего в стойке Ивана зубами за ворот и грубо потащил прочь.

– Что всё это значит? – спросил Иван волка уже за пределами воронки.

– Мы ошибались.

– В чём?

– Во всём. Всё кончено. Мы его вылечили.

– Не понимаю.

– Тебе и не нужно.

– Почему он тебя не узнал?

Волк остановился и уставился на ученика, как на полнейшего глупца.

– Посмотри на меня! Я, по-твоему, похож на Волослава?

– А голос?

– У меня и близко не такой голос был, – обиделся волк.

Они покинули крепость, в которую прорывались с боем.

– Железяку в ножны сунь, пока не поранил кого.

– Да-да, помню я про клинок. Надо бы его...

– Оставь себе.

Они шли по чисто полю. Светило солнце и лил дождь. Наставник и его ученик шли на встречу радуге. Но пришли почему-то к окну. Дальше были только ощущения. Приятное прикосновение прохладной руки к горячему лбу. Силуэт женщины в длинном платье, стоящей над кроватью.

Затем только тьма и разговор:

– Что дальше?

– А ничего, женим тебя. Княжна есть одна. Её Синесвяту сватали, но как ты знаешь, хворь его...

– Как хоть зовут?

– Княжна Ольга.

Тьма.

– Да здравствует князь Домирский! Да здравствует князь Домирский Иван! – эхом послышались сотни голосов.

Тьма.

– Куда ты направишься?

– Мне нужно снова стать прежним. Не жить же мне свой век зверем.

– А кощей?

– Его рассудок ещё не восстановился. Рано к нему идти.

– А кто-то ещё владеет такими знаниями?

– Мир велик.

Знаний много. Думаю, кто-нибудь мне-таки поможет.

– Тогда, как князь Домира, я приказываю тебе при следующей нашей встречи выглядеть как прежде. Удачи тебе, друг!

Тьма.

– Все назад!

– Все назад, мне нужен только ваш князь, – протянул зловещий голос какой-то старухи. Создавалось ощущение, будто голос, хоть он и зловещий, совсем не хотел причинять боль.

– За князя!

– За князя!

– За кня... – голос оборвался смертью.

Тьма. Тьма и крик. Крик отца.

Усилием воли Кирилл открыл глаза.

Пошевелиться он не мог. В окно его комнаты бил лунный свет, который перекрывала женская тень. Волосы её были длинные и волнистые. На ней было длинное платье. Это была не мать и не сестра. Кто-то чужой. Кирилл хотел подорваться, но его сковал сонный паралич. Она слегка повернула голову. Лицо закрывали волосы.

– Я виновата перед тобой, – сказала женщина. – Эти видения. Это всё, что я могу для тебя сделать, мальчик. Всё, что могу тебе дать. Жаль, что всё это зря.