Мироходец: Перерождение

Их относили к демоническим зверям.

Да и убегали эти 'разумные' виды только тогда, когда ощущали непомерный страх или же безысходность.

"Сейчас же уязвимость охватила меня, так почему же оно не напало?", – после раздумий губы отважились пробормотать одно слово, расставившее все точки над 'и'.

– С-статус, – смешанные эмоции не сходили с лица. Время шло, и это ни к чему не приводило. – Синта!

. . .

– Синта. . . – волна сомнения стала потихоньку угасать из сознания, а в голову приходило одно единственное слово - 'cон'.

Все эти гоблины, скелеты, мимики, демоны - обыкновенная выдумка. Даже моя напарница. . . оказалась всего лишь выдумкой.

* * *

< Прос. . . нись. . . >

* * *

– Инвентарь. . . – ничего не происходило. Тишина.

Не слышалось никаких звенящих звуков. . . и больше не послышится. Никогда. Опередив вздох, я опёрся о край кровати и начал размышлять обо всё этом.

Внезапное потрясение заставило мгновение растянуться, позволяя мне впитывать каждую дрожь воздуха и замедленный пульс мгновения.

Все те мучения. . . обнаружились бессмысленными. Каждая секунда, каждый час, каждый год, десятилетия, проведённые в том месте, превратились в глупый бред.

– Что мне делать?

. . . Никто не давал ответа. Инстинктивно потянувшись в карман, я понял, что даже это было бессмысленно. Там ничего не находилось.

"Почему. . . почему мне так плохо?"

Внутренне я понимал, что сделал то, чего хотел - вернулся домой, но всё равно не мог признать всё это сном.

Я услышал голос родного младшего брата, не постаревшего ни на йоту со времён тех воспоминаний.

Те чудовища никогда не существовали. Предметы, травы, даже моя одежда исчезла.

"Кстати про неё. . . во что я сейчас одет? П-пижама?"

"Мне сказали снять её. . . "

Поднявшись и еле как переставляя ноги, я добрался до открытого шкафа, чтобы сменить свою одёжку.

Он предоставил короткие шорты и серую футболку.

" . . . "

Закончив наряжаться, я взглянул в зеркало.

Передо мной предстал 16-летний подросток. На его лице не обнаруживалось следов борьбы и страданий - шрамов и рубцов, рассказывающих историю каждой проклятой битвы. Он выглядел идентично мне в начале всех попыток.

Кожа его не отражала бледный оттенок, в нём не читалась измотанность и отчаяние, которые могли быть нажиты только 'там', где каждая смерть являлась лишь временным покоем перед следующим кошмаром.

"Надо. . . забыть.