Лапшевня бабули Хо — I: Пробудившийся

Тщетно. То ли от моего сопротивления, то ли от того, что я поигрался с ци — сил у него стало заметно больше. Он полетел наверх, взмыв на пару десятков метров выше пентхауса. А затем помчался вперёд.

Какая у него была скорость? Точно побыстрее велосипеда. Километров пятьдесят, может, все семьдесят. А как на счёт вязкости ци? Или, если ты магическая дрянь, то тебе закон не писан? Или — мне только показалось, и это и была предельная скорость в этой части города? Как-никак, от эпицентра было достаточно далеко.

Судя по всему, я интуитивно поступил правильно.

Отступил вглубь террасы, к бассейну, приманивая мечом, как кота — фантиком на верёвочке. Дракон отклонился от направления, следуя за моей кистью руки. Две секунды до столкновения, одна... Я резко шагнул в сторону, махнул мечом по направления движения.

Дракон на полной скорости воткнулся в водную гладь бассейна. Поднялись брызги, кажется, даже зашипел пар, а затем всё на пару мгновений стихло.

— Ага, получил! Был воздушный змей — стал водяной, — пробормотал я и поковылял в сторону бассейна, чтобы заглянуть вниз.

Но не тут-то было. Дракон стал подниматься из воды наружу! Бумага намокла и местами скомкалась, бамбуковый каркас, из которого состояла клыкастая морда, покосился, но синее сердце где-то в районе третьего от морды сочленения всё ещё пульсировало огнём негасытной ци.

Теперь он двигался куда медленнее, вода погасила скорость. Я рискнул, решив, что нельзя терять времени. Только он поднялся из воды на полтора метра, я снова подразнил его мечом, описал полукруг и рубанул по надоедливому хвосту.

Мне удалось укоротить его на метр. Похоже, ему это не понравилось, он замедлился, заизвивался в воздухе, как будто ему действительно было больно, полетел в сторону улицы...

— Что, зализывать раны улетаешь? — усмехнулся я, а сам подумал — догонять его, добивать, или нет?

Но раздумывать мне не пришлось — змей не долетел и полметра и резко попёр на меня обратно.

Ноги тем временем держали меня всё хуже и хуже.

Запас ци, который я послал в конечности, неуклонно заканчивался, а снова воспользоваться шаоданем я пока ещё не мог. Я шагнул в сторону трости, оставленной у парапета, но не дошёл. Дракон врезался мне в грудь, больно опрокинув на спину, порвал футболку на груди и поцарапал чешуёй кожу на груди.

А затем принялся елозить, таранить, словно огромный колючий пёс, пытаясь добраться не то до шаоданя в руке, не то... до даньтяня в животе. Было больно. Было обидно.