Выживший-9: Рассвет. Том 1

— Прошу прощения, что перебил, — я продолжил сохранять вежливость, — но барон наверняка показывал всем свое раненое плечо?

— Да, разумеется. И как травница в Ничках его лечила, — смиренно проговорил Миолин.

— С удовольствием прогуляюсь с вами, барон, и любыми свидетелями до Ничков, до вашей травницы. Может, имя ее помните?

— На что вы намекаете, Бавлер? — уже с нотками легкого возмущения спросил правитель Пакшена.

— На то, что Торн с его травами каким-то волшебным образом превратился в травницу из Ничков, — начал я, постепенно уничтожая Баризона.

— Я могу продолжить или вы, барон сами признаетесь. Потому что, если за вашу ложь будет расплачиваться Миолин, это как-то... неправильно, вы так не думаете?

— Он лжет! — тут же выдал Баризон.

— А откуда ранение? — спросил я правителя Пакшена.

Тот уже с подозрением посмотрел на барона, а потом медленно проговорил:

— В перестрелке при... — и тут же осекся, заставляя говорить самого барона.

— При переговорах на нашем празднике, — закончил я.

— На празднике? — нахмурился Миолин.

— Какие интересные детали. Поведаете?

— С удовольствием, раз барон не желает рассказывать. Баризон решил, что, если он наедет на лошади на толпу празднующих, он сможет всех вернуть назад. Или, быть может, народная любовь его постигнет, — разошелся я. — Только настигла его стрела в лопатку. Его она сбила в грязь, а с него — всю спесь. Господин Киетон при это присутствовал. Он предпочел больше говорить и, хотя его не очень обрадовала моя личность и мои требования, его поведение было куда лучше, чем поведение барона.

— Лжец! Грязный лжец!

— Я могу попросить прибыть сюда двух своих солдат, которые вышвырнули здорового барона, когда он возжелал пить и есть за просто так, продолжая при этом гнобить всех вокруг, — уже со злостью проговорил я. — Ему дали лошадь, а через минуту его уже и след простыл. От его руки не погиб никто. Но за свое поведение он получил наказание. И возможность узнать, как мы живем. Я не сомневался, что его история превратится во что-то такое.

Поэтому, господин Миолин, я не могу принять ваши извинения.

— Барон, — угрожающе начал правитель Пакшена. — Я думаю, вам надо как-то это прокомментировать.

— Тут и говорить нечего, он врет! Он же... челядь!

— Правитель Рассвета — челядь? — прищурился Миолин. — Может, и я в таком случае, не лучше?? К тому же это случилось на празднике, то есть, весь ваш Рассвет можно призвать в свидетели?

— Человек с пятьдесят — точно, — уверенно ответил я. — Кирот. Вардо.