Потусторонний. Книга 3

— И встречают бригаду поддержки, которая уж точно справится с двумя юными одарёнными, раз первая партия боевиков подошла к концу? — язвительно поинтересовался я. — Идея мне, если честно, не по душе.

— Разумно. Но это не отменяет того факта, что вы ведёте себя слишком необдуманно. Вы не выше закона, Илья. Если его нарушить, то он сурово расквитается.

— Вы серьёзно сейчас, Михаил Семёнович? — очень спокойно спросил я. — Про преступление и суровое наказание. После истории с тем что тут Свиридов творил?

— Да, Илья! После неё особенно.

— Хорошо, а то я думал, что шутите, — осклабился я. ­ — Хотел посмеяться. Так, а чего звоните-то?

Пауза. Ох как я люблю ставить людей в тупик. На губах сама собой появилась улыбка.

— Илья, но ведь это ты меня набрал... — ошарашено проговорил Дворкин.

— Точно, — не переставая улыбаться сказал я. — Хотел узнать есть ли новости по Беку. Узнал. Можете имена опознанных скинуть? Я бы тоже поискал.

— Это тайна следствия...

— Михаил Семёнович, меня тут пытались убить.

— Особенно поэтому, Илья.

Мне не нужно столько трупов в уезде, а если я ещё буду держать вас в курсе дел, то, клянусь, есть у меня ощущение, что количество покойников может увеличиться.

— Ну я же не маньяк, Михаил Семёнович.

Урядник скептически хмыкнул. Вот засранец.

— У меня есть несколько покойников, очень схожих по причине смерти, в виде сквозных дыр, в которых эксперты нашли частицы металла и звериную шерсть. Совсем как у двоих убитых на лестничной площадке. А еще совсем как у бойцов Оплота в зоне на территориях Обуховых.

Ты с младшим Обуховым, вроде как, дружен?

— Да, а что, думаете это он всех убил?

— Я знаю кто этот «он», Илья, — вздохнул Дворкин, — и я очень усердно его ищу, несмотря на интерес начальства. Поэтому не шути про маньяков, не в твоих это интересах.

— Понял, Михаил Семёнович. Но, может, если вы назовёте мне имя, то я сделаю всё остальное и, может быть, эти странные смерти перекочуют в другой город?

Я широко улыбался. Жаль, что он меня не видит сейчас, и жаль что я не могу лицезреть его физиономию.

Должно быть рот у урядника раскрыт широко-широко. Да вывиха челюсти.

— Таких наглецов в жизни не встречал, Илья. Клянусь, — наконец, промолвил Дворкин. — Я много видел, но...

— Мы через столько прошли вместе, Михаил Семёнович. Мы такое вскрыли! Разве одно маленькое имя нам не поможет? Вдруг, после этого, Илья Артемьев принесёт вам имя Бека? А то и видеосъемку!

Я снова остановился, вслушиваясь в трубку. Там сопели, там думали. Хороший знак.