Пепел Предтеч

Прозрачный хрусталь испускал яркий, лучезарный свет, источником которому стала странная золотая пыльца в глуби его граней. Пылинки кружились, словно мушки, в плену застывшего янтаря. Они танцевали таинственный танец, невзирая ни на что — и даже на то, что неживой материи не положены в плену пляски. Питаясь их лучами, прямо на камнях шелестели густые заросли мхов всевозможных цветов — от алого словно кровь, до нежного, небесно-голубого.

Каменные своды пещеры уходили далеко вверх, а над пропастью возвышались мощные широкие колонны, между которыми, как между островами в бескрайнем море, стояли каменные мосты.

Белка, задыхаясь, бежала по одному из таких, не разбирая дороги. А за ней мчался жук — такой же жуткий, как и убитый мною чуть раньше. Один, второй, третий — и все они мчали за девушкой, щелкая жвалами. Над пропастью прозвучал стрёкот тараканов, как ропот цикад, и я стал лихорадочно искать, как спасти Белку. Игломёта больше у меня не было, да и будь он в руках — я бы ничего не смог противопоставить сразу троим.

— Тебе подсобить? — ехидно спросил у меня Шут, намекая на возможность перехватить у меня тело.

Когда я уразумел, к чему он ведет, у меня ёкнуло сердце. Призрачный тип в моей голове легко справился бы с врагами, но от мысли, что он сделает потом с Белкой, меня охватил страх.

— Скоро её сожрут, Антон! Решайся скорее, а не то будешь виноват в её смерти! — Шут захохотал в моей голове.

Я задрожал от отчаяния, но все же взял себя в руки. Отстранившись от эмоций, я раскрылся, подобно бутону цветка, с каждой секундой раздвигая рамки сознания.

Все более оно напоминало мне веретено, которое было скомкано в моем мозге в клубок, который можно распутать и разбросать вокруг длинными нитями. И все более, оно напоминало мне сжатый газ, который стремится занять весь объем, теряя плотность.

И в этот раз, впервые за всё время, я обратил свой разум не в тонкую ткань, которой накрывал все пространство, а в толстый и плотный канат. Протянул его в сторону жука, который почти настиг Белку, и ткнул его в спину, что было сил.

Словно по щелчку пальцев, тяжелое тараканье тело подбросило в воздух. И прямо на бегу он улетел в пропасть, шевеля длинными лапками и отчаянно пища. Его сородичи не замедлились, узрев смерть соплеменника, и продолжили преследовать Белку, а я ощутил, как по коже моего лица льется холодный и мокрый пот.

— Переборщил! — бросил мне Шут. — Береги силы!

Тяжело выдохнув, я протянул щупальца своего сознания вновь, пытаясь зацепить цель.