Душа темнее ночи

Ну надо же! Самый знаменитый мародер и вор, погубивший уже около сотни доверчивых авантюристов, обрел-таки человеческие черты! Пусть и на секунду.

- Так вот. Чтобы не быть обязанным, я хочу тебя предупредить. За тобой охотятся.

Призрак, казалось, даже не пошевелился, но как-то неуловимо изменил позу, напрягшись, словно дикий зверь, почуявший опасность.

- Уж не знаю, как он тебя выследил, но явно прется за тобой от самого болота. Видать, сильно ты ему насолил, если он прошел почти полкоролевства. Не боись, не сдам я тебя.

И вообще, если поторопишся и свалишь из замка по катакомбам, глядишь, и не встретитесь. Он идет сюда через руины моста, так что прибудет нескоро. На этом моя помощь закончена, а совесть чиста. Прощай. Не обещаю, что следующая встреча будет такой же теплой.

Бросив вниз очередную порцию бесполезного мусора, мародер спрыгнул с окна внутрь комнаты и скрылся в тени. Призрак уже собрался уйти, погруженный в свои мысли, но мародер высунулся вновь.

- Чуть не забыл! Ты же у нас любишь совать нос во всякие странности? Так вот, недавно мне показалось, что я видел в развалинах у Высокой стены ребенка.

Кажется. Но откуда тут дети, верно? Бывай! - и исчез.

Лучник остался на крыше. Если первая новость заствила его напрячься, но была вполне ожидаема, то вот вторая...

Но откуда в мертвом городе дети?!

Глава 3

Руины веадука. Когда-то они были частью Великой дороги в Город Богов. Ежедневно по его широкому полотну проходили тысячи людей, сотни повозок, десятки пилигримов, искателей приключений и крестьян.

Потом... 

Потом, после появления нового "бога" Дорога Богов превратилась в Дорогу Страданий и Слез. До сих пор среди обломков моста и на пути к воротам попадались черные повозки с железными решетками и полочками. Их плотно набивали бедолагами, которые не могли отбиться от проповедников и рыцарей Понтифика - бродягами, нищими, больными и мутантами. Теми, за кого некому вступиться. Например, птицеподобными изгоями, выходцами из резерваций. Этих несчастных ждала чудовищная участь - их приносили в жертву новому богу.

Когда закончились бродяги, в ход пошли дети и женщины.

Тери вздрогнул, прогоняя жуткие видения прошлого. Давно уже не ездят повозки  по дороге обреченных. Рыцари больше не ловят проходимцев, не мучают людей проповедники-инквизиторы. Некого больше везти. И некуда.

Обычно воспоминания редко настигают его. В этом краю многие уже не помнят лиц родных и даже своего имени, не то что прошлой жизни. Однако...