Рюрикович

– Что же, тогда придём к нему в срок и спросим о природе Бездны и её Омутах, – кивнул я, после чего вытащил телефон, подключил зарядку и погрузился в чтение.

Читал цикл "Якудза из другого мира" от автора Алексея Калинина. Здорово же написано – с юмором и эмоциями. А уж какой японский колорит... Не оторваться! От диалогов с сэнсеем вообще описаться можно!

Годунов тоже погрузился в телефон. Судя по быстробегающим пальцам, он снова начал писать весточки своей благодетельнице. Интересно потом будет заглянуть в эти записи.

Кстати, а где Тычимба? Что-то давно его не было слышно. Да и Сафронов пропал, как будто смывает в душе вековую грязь.

Спустя пять минут Годунов оторвался от телефона, потянулся и сказал:

– Пойду я по вагону прогуляюсь. Ноги разомну, может быть увижу кого знакомого. Да и вообще...

Что именно "вообще" я не стал спрашивать. Нужно ему отлучиться – пусть идёт. А если на свою задницу отыщет приключения, то пусть сам с ними и разбирается.

– Да-да, конечно же, сходи, прогуляйся, – заметил я в ответ. – Физическая активность весьма полезна, особенно перед приёмом пищи.

Годунов посмотрел на меня, но ничего не сказал, двинувшись к двери. Через пару секунд я остался один.

Тут же воздух заколебался маревом, и послышался тихий голос Тычимбы:

– Господин, Сафронов задумал вас отравить. Он в два стакана с чаем бросил по небольшой капсуле, а третий немного испачкал ручкой.

– Во как? – покачал я головой. – М-да, вот и доверяй после этого верным слугам. Что-то мне даже подсказывает, что это он сам организовал нападение на машины. Очень уж быстро взорвалась "Вселенная", как будто её подорвали изнутри...

– Может быть подставить ему подножку? – спросил Тычимба. – Пусть навернётся, разольёт...

– И зачем? Чтобы потом ждать от него другой подлости? Нет, мы сейчас решим всё на месте. Ты сможешь стырить у него ручку, которой он поставил метку?

– Это как два пальца об асфальт, – хихикнул Тычимба.

Я усмехнулся, отложил телефон в сторону и начал ждать, пока "наш верный друг и товарищ" принесёт отравленное пойло. С печеньками...

***

Утром во дворце

Царь Василий Иванович приказал после завтрака призвать к себе в кабинет княжну Марию Никифоровну. Та явилась по первому зову. Царь не мог не заметить, что глаза княжны покраснели.

– Доброе утро, Мария Никифоровна, – проговорил Василий Иванович.