S-T-I-K-S. Крестоносец

А у нас примета есть: как поменялось болотная сота рядом с нами, так через три дня, но только ночью, и наша обновится. Так что у нас хватает времени, чтобы весь свой скарб перетащить на соседний участок. Потом назад возвращаемся. Редко это происходит. Очень редко. Я давно в Улье, но на моей памяти только четыре раза сота менялась. Удобное место.

- Что ж ты выбрался из этого тихого места? Да еще и один!

- Живем мы действительно тихо. Тихо, но бедно. Богатые соты к нам не прилетают. В основном лесные. А там только твари и никаких, считай, товаров.

Вот и приходиться в наймы идти к другим стабам, чтобы работать за долю нужных вещей. Кто-то артелями нанимается, кто-то малой компанией. Я вот в Зареченский сам отправился. Хоть и далеко, зато они не такие прижимистые, как наши соседи из Кременя и Китежа. А про Остров и говорить не хочется. Вот там сильно жадные в старшинстве сидят.

- И не страшно самому в такую даль отправляться?

- Так я ж не дитё малое. Сколько годков уже в этом мире выживаю. Привычный.

Да и уменья у меня полезные.

- Мы видели, как ты от нежити удирал.

Мох с пренебрежением махнул рукой: - «Черти» и «стрибунки» для меня в походе не опасные. Им выносливости не хватит со мной тягаться. «Душегубы», те упертые, но и то, если б не утеря живуна, ушел бы я от всей ихней своры.

Общение со словоохотливым аборигеном сулило нам новыми знаниями не только о местной географии, но и о местных терминах.

- А расскажи-ка нам, Мох, как вы монстров между собой называете.

- Это можно.

Мы их всех зовем нежитью, монстрами и обратившимися. Но чаще всего по-простому - тварями.

- Они все разные. Мы в первую ночь, когда все вокруг начала обращаться, дрались с себе подобными. Это были наши товарищи, которые потеряли душу и разум. Обычные с виду люди.

- Это еще пустыши бесполезные, и если одиночки, то и не опасные вовсе. Они еще плохо управляют телом. Перводневки. Им срочно надо расти, а для этого нужна еда. Глупые, но злые от голода. Потому у нас они «злыднями» зовутся. В некоторых местах их называют «лешими» или «лешаками».

В них ничего нет, да и не в чем еще. Споровика еще не вырастили, только шишка или уплотнение под затылком. Без еды они так быстро слабеют, что и ходить не могут. Вот такие только ползают, обсасывая за другими косточки, пока не сдохнут, или кто-то из прохожих не упокоит их, приостановившись на мгновение, и то, лишь потому, что они могут резвых собратьев позвать.

- Это урчанием своим мерзопакостным?

- И им тоже.