Один в поле – не один

Откель у него сие? Может(многозначительно), меха-то он и не все и не лучшие Матери-Церкви принес?

— Так-так, продолжай.

****

Южнее на расстоянии дневного перехода. Незадолго до рассвета дня после поединка под стенами Нахолмска.

— И что Командор? — шепотом спросил один у другого. — Ну, Молчун, не томи. Расскжи, как дело было.

— Сам вызвал Рахтана Большого. Батыра ихнего. Зоровый такой синеспиный. Я чуть зубы тогда не стёр от досады. Думал ведь, что сам пойду. Ну или Быстрая, которая с нами поплыла. Иначе б зачем Командор нас брал.

Вот. Но, думаю, как увидел он эту громадину, так и...

— Что?

— Что-что — сам решил биться, не рискуя никем из нас. План, о котором договаривались, на ходу изменил. Вот и... вот, в общем.

— Да, Командор нами дорожит. Но не дело это, Молчун, что лидер сам то и дело ввязывается в опасные дела.

— А то я не знаю, Хромой!

— Тише. Лагерь лобастых недалеко. Нельзя их раньше времени насторожить, разбудив. Сколько ж еще ждать-то? Пора бы и выступать. Светает уж скоро. Благо не впервой.

Уже есть опыт, хе-хе. Пусть на этот раз лобастых и поболее будет.

— Ага, а еще синеспиных трое. Ну и желтобрюхих под три десятка. Не только ведь буробокие, как в прошлый раз.

— Ерунда. Командор и этих, сколько бы их ни набралось, к хренам всех взорвет. Ты лучше еще расскажи, как поединок то протекал. Шутка ли дело, завалить синеспиного, который на голову выше Бурхана.

— Ну это, вышли они друг напротив друга.

— И?

— Не торопи. Вот, значит, стали.

— Ну?

— Смотрят один другому в глаза.

— Ну-ну, и?

— А потом Рахтан как сорвется с места. Даже борозду после себя оставил, когда ручищей от земли оттолкнулся. Это чтоб помочь коротким ногам своим.

— А Командор?

— Увернулся. Ловко так. В последний момент шажок в сторону сделал.

— Да не молчи ты. Что дальше-то?

— Странный он.

— Кто, блин?

— Абель. Словно смерти вовсе не боится. Да и в бою он словно другой человек. Вот знаешь, когда речи толкает — один. Балагур такой себе. Нередко с глупыми и несмешными шутками.

Когда работу делает — другой. Как бы механический какой-то. Ну а когда магию эту свою творит, порой с жуткими истязаниями жертв — третий. Словно равнодушный и непроницаемый такой, что ли. Вот и в бою он такой же был. Как бессмертный. Уверенный в своей неуязвимости. Ну или превосходстве. В бою оно ведь как — побеждает тот, кто сумел эмоции унять и навыки задействовать на максимальное количество процентов. Ну и везунчики еше, это когда от тебя мало что зависит.