Один в поле – не один

Которые мало того что не пожелали спокойно себе умереть, так еще и принялись настолько ожесточенно сопротивляться, что даже спустили с привязи эту свою шумную длинноногую ведьму с ее рассыпавшимися и теперь развевавшимися на бегу черными патлами аж до пояса. В общем, не во вкусе она коротышек. Разве что сварить её как следует, тогда можно и посмотреть.

— Что случилось? — с плетью висящей левой рукой, пока правой зажимала рану на шее, спросила ещё и хромая теперь только что вернувшаяся после своей безумной погони Вита уж точно Недотрога.

Попробуй такую тронь.

— Только мы остались, — несколько даже с расслабленным видом отрезая уши, отвлекся на неё совершенно целый и невредимый Курт пока ещё Патлатый, но с такой эффективностью, пожалуй, недолго ему носить такое прозвище.

На что, окинув расфокусированным взглядом то месиво, что некогда было Ланцем, а также бледного Майера, который из лужи собственной крови стеклянными глазами на запрокинутой голове взирал куда-то в небо, ну и напоследок Фармер, от подозрительно четкого укола в спину завалившуюся прямо на своего аналогично бездыханного возлюбленного, Браух пошатнулась и, видно исчерпав запас сил, потеряла-таки сознание.

— Где я? — спустя некоторое время прийдя в себя, спросила перевязанная каким-то порванным на лоскуты тряпьем Вита. — Почему я связана?

— Ты очнулась... королева? — с насмешкой произнеся последнее слово, заботливо поинтересовался тот самый классный тихоня, которого теперь и не узнать — настолько изменилось его поведение.

Но он продолжил. — Не переживай, моя хорошая. Ты будешь жить. У нас, если помнишь, иммунитет всем на зависть. В посаде, вон, полно калек, которые после всяких жутких ран, так и не сдохнув от сепсиса, остались вполне себе живы. Диву просто даешься. Так что не обращай внимания на эти грязные тряпки, лапочка. Главное — кровь остановить, и... А что это ты так на меня смотришь?

— Я тебя не узнаю, Курт. Почему? Зачем? Это ведь ты ударил в спину Ингу? Её рана была явно от меча.

Ведь так?

— Надо же, а ты не просто супер красотка, но ещё и прям умничка. Ах, как же приятно будет превращать тебя в нечто жалкое и уродливое. Сколько удовольствия я получу измарав тебя, такой идеал. Как ты думаешь, моя замечательная, если продать тебя лобастым, то они тупо сожрут или всё же превратят тебя в игрушку для утех? Ох, как меня заводит мысль о том, что тебя, скулящую о пощаде, будут драть всем племенем какие-нибудь вонючие монстры.