Тысяча Граней-1. Инкарнация

Развалившись на подушках и тиская в объятьях полуобнажённых жриц любви, «культурно» отдыхала после тяжких рабочих будней пьяная и в хлам укуренная местная «элита». Однако пребывание в царстве Джа совсем не мешало им кидать на Алаю и Орилу похотливые взгляды. Девушкам даже пришлось обнажить клинки, чтобы отбить у наглецов всякое желание тянуться к вожделенным женским прелестям скрюченными в наркотической судороге пальцами.

Я поторопил спутниц. Дышать наполненным дурманом воздухом было чревато неприятными последствиями.

Но даже кратковременного пребывания в накуренном помещении нам хватило. Видать, крутая оказалась дурь. Ибо когда я закрывал дверь нашей комнаты на засов, Орила принялась возбуждённо хихикать. Алая тут же обняла меня и впилась губами в мои.

— Я хочу тебя, прямо сейчас, — томно улыбнувшись, произнесла она.

— Может, не стоит? Ты не в себе.

— Это ты не в себе, если хочешь мне отказать.

— Алая… Орила тут.

— И что? Пусть присоединяется. Орила, хочешь Шаина?

Твою мать!

— Разве что убить… — та снова хихикнула и потянулась к кинжалу.

— Не, не, не. Убивать его не позво-о-лю, — Алая тягуче произносила слова, всё ещё прижимаясь ко мне и обнимая за шею. — Иначе… мы-ы-ы-ы и сами-и… умрём. Я спросила, ты Шаи-ина тра-ахнуть не хочешь?

Твою мать — дубль два!

— Алая!

— Трахнуть? — Орила залилась смехом. — Давно хочу. С самого нашего первого знакомства.

Чего?! Это она ко мне так подкатывала с кинжалом?! И почему на меня дурь не подействовала?

— Стерва-а-а ты, Ори-ила, но всё равно мне нрави-ишься.

— Ты тоже хороша. Хоть и шлюха серая, но дерёшься как богиня.

Я вырвался из объятий Алаи и отбежал от них к дальней стене. Нет, конечно, переспать с ними обеими я был бы не против, но не тогда, когда у них крыша поехала, и они не управляют собой. Наркотик, видимо, круто ударил по гормонам.

А тем временем Алая и Орила двинулись ко мне. Блин! Что делать? Перспектива быть изнасилованным парочкой обдолбанных красоток меня не прельщала.

«Используй свет», — прозвучал в голове голос Найрин.

— «Он не только исцеляет, но и очищает тело от вредной магии, состояния опьянения и дурмана».

Спасибо, Найрин!

Я вытянул в их сторону правую руку. Повинуясь моей воле, узоры на предплечье пришли в движение. Я закричал от боли, и одновременно с этим к моим спутницам полилось сияние. Четырёх секунд оказалось достаточно, чтобы вычистить из мозгов Алаи и Орилы всякую дурь, но эти секунды для меня были словно адом. Казалось, что кожа на руке лопается кровавыми волдырями.