Тысяча Граней-1. Инкарнация

Нервы жги, пусть горит,

Самый сильный на земле

Зверь, который победит,

Сидит в тебе.

Зверь… во мне… От этой мысли по телу пробежали мурашки. Неужели маги в башне…

«Да! Это сделал ты!»

Не мог я этого сделать! Я был без сознания и прикован!

«Поэтому зверь и вырвался на свободу! Прими это! Твоя сила в гневе и ненависти! Почувствуй их. И все башни мира падут к твоим ногам!»

Это только чёрная печать на левой руке! А что же тогда правая — белая звезда, выбранная кольцом?

«Это слабость. Любовь, добродетель, сострадание.

Отбрось их. Они не помогут тебе победить! Вспомни! Вспомни Аргала!»

Знакомые волны ненависти ринулись наружу из глубин души.

Пружина кнута выпрямилась сама в стремительном ударе. Громкий хлопок! Взрыв огненным бутоном расцвёл на клинке Гасифа. Лезвие меча разлетелось на сотни осколков, часть из которых впились в руку и в тело воина. Он вскрикнул, закрыв лицо левой рукой. На его груди остались ожоги от взрыва. Всё ещё закрывая лицо, Гасиф попятился. Правая рука стражника приняла прежний облик, но выглядела неважно — из ран сочилась кровь и густыми каплями падала на брусчатку.

— Ты победил, — произнёс Гасиф. — Забирай девчонку и уходите. Господин Фагар дал слово, что отпустит её.

Так вот в чём моя сила? В ненависти? Аргал! Не помню, кто это, но больше всего я жажду его смерти. Чем-то этот гад мне когда-то насолил… не в этой жизни, это я знаю точно! Ненависть, пробуждающаяся  от одного только имени Аргала, была древней и яростной. Я даже и представить себе не мог, что способен так сильно озлобиться на невесть кого!

Обернувшись вокруг предплечья, кнут вновь превратился в татуировку.

Я двинулся к кольцу стражников, и они расступились предо мной. Фагар благоразумно отошёл подальше. Я подобрал меч Алаи и подошёл к ней.

— Ты как, Алая? Идти сможешь? — я протянул ей руку и помог встать.

— Да, спасибо, — она кивнула, принимая оружие из моих рук, и вложила меч в ножны.

— Ладно, идём. Пора уходить.

Стража разомкнула кольцо и больше не препятствовала нам.

Я взглянул на Гасифа. Ему уже помогали: аккуратно вытаскивали осколки из рук и перевязывали раны. Надеюсь, с ним всё будет хорошо.

Мы уже собирались отправиться в путь, но я замер как вкопанный. На краю площади возник Ильрах. От его фигуры так и веяло аурой смерти.

— Кто это? — спросила Алая.

— Бежим! — крикнул я в ответ и рванул в сторону, потянув Алаю за руку.

* * *

— За ними! — скомандовал Ильрах, подбегая к стражникам.