Питер Пэн должен умереть

— Парни, мне проблем не надо, — сказал Макс и сделал маленький шажок вбок, примеряясь к тому, как бы ему ловчее прорваться сквозь мордоворотов. — Мне сестренку из садика забрать надо, если опоздаю — мать прибьет.

— Мать — эт святое, — третий гопник, пухлый коротышка, зажал ноздрю и с шумом выпустил на асфальт содержимое другой. — Ладно, вали давай, только подогрей по братски, а то трубы горят.

Макс залез в карман, сгреб всю мелочь и протянул ее пухляшу.

— Ты угораешь что ль? — хмыкнул он, перебирая монеты. — Тут рублей двадцать в лучшем случае наскребется.

— А у меня откуда больше? — возразил Макс. — Это я еще пешком хожу, чтобы на автобусе сэкономить.

— Смотрите-ка, экономист хренов, — раздался из-за спины голос каланчи. — Трубу значит гони и рюкзак, если денег нет. Завтра сюда пятихат принесешь — вещички назад получишь.

Гопники, широко ухмыляясь, закивали, ну а Макс, разумеется, понимал, что расставшись с телефоном — попрощается с ним навсегда и уж тогда ему действительно лучше домой не возвращаться.

Потупив взгляд, Макс сделал вид, будто лезет в карман. А потом оттолкнул стоявших пред ним гопарей и бросился вперед. Правда, они оказались куда ловчее, чем выглядели на первый взгляд. Верзила успел подставить Максу подножку, а когда он растянулся на земле, наградил его пинком под ребра, выбившим все дыхание.

— Сбежать хотел, сученыш? — прошипел каланча, наклонившись. — Так бы только телефона лишился, а сейчас еще и зубов.

От него невыносимо воняло табаком, перегаром и потом.

Наверное, именно так будет выглядеть Глеб лет через двадцать — обрюзгшим, небритым, способным докапываться разве что до школьников в два раза младше себя. Нет уж! Просто так Макс этим упырям ничего не отдаст. Он вскочил на ноги, прижался спиной к стене и поднял перед собой кулаки. Троица переглянулась — а потом дружно заржала.

— Ты че, с нами драться что ль решил? — ухмыльнулся пухляш, подворачивая рукава прожженной сигаретами олимпийки «Abibas». — Ну, сам нарвался — так бы отдал, что просят, и домой к мамочке потопал, теперь же так легко ты не отделаешься.

..

— Весело тут у вас! — раздался знакомый звонкий голос.

Повернув голову, Макс увидел Питера, что сидел на мусорном ящике, сложив нога на ногу и с улыбкой наблюдал за всей четверкой. Одет он был в тот же самый костюм и колпак. Но как он здесь очутился? Макс был готов поклясться, что еще минуту назад там, где сидел Питер, никого не было… Похоже, гопники тоже озадачились этим вопросом.