Стоит того

Его неровный ряд кривых зубов показался в кислой улыбке.

Ему ничего не ответили. Он хрипло просмеялся, а затем ушёл в лагерь. Так же от разных деревьев и с поляны вышло человек пять. И сразу им на замену ринулось такое же количество человек.

«Да, видимо лейтенант не так прост».

Рон попытался было вновь уснуть, но холод пробирал до костей. Как вдруг кто-то легонько пнул по сапогу.

Флинт стоял в плаще с дымящейся кружкой в руке.

- Вставайте, ваше величество, там палаты царские готовят, - отхлебнув из кружки, воин развернулся ткнул толстым пальцем направление и остался, видимо, в дозоре.

Пленники только сейчас заметили, что не привязаны. Возможно, Берг развязал, когда поднимался ночью на дерево. Зачем? На этот вопрос они ответ дать не могли.

Поднявшись при помощи Альфида, Рон пошёл в место, указанное разбойником. Идти было тяжело и больно. Кажется, болела каждая косточка продрогшего тела.

Как оказалось, разбойник их направил к маленькой палатке. Точнее серо-коричневому куску ткани, натянутому на четырёх шестах, вбитых в землю.

Внутри оказалось в разы теплее, чем на улице. Не изба с печью, но достаточно тепло, чтобы не окоченеть до смерти. Посреди палатки стоит большой котёл, видимо с водой и камнями, под которым тлеют угли. Вокруг котла шесть соломенных лежаков, на одном свежие большие пятна крови.

- Это палата для больных. Сейчас она пустует. Было двое раненых. Одному стало лучше, и он ушёл в свою палатку.

Пока Рон стоял и рассматривал огромное пятно крови на крайнем тюфяке, старик, не церемонясь, выбрал самый толстый и улёгся на него. После, практически мгновенно уснул. Подумав, парень последовал его примеру, но перед тем, как уснуть хотел попробовать вновь направить магию в рану. Но только коснувшись силы, таящейся в ожидании, он провалился в приятный сон.

Пробуждение и вновь тяжёлое. Сильно бьёт озноб.

«Этого ещё не хватало».

Заболеть. Рон никогда не болел сильно, такое недопустимо в деревне, где живёт мастер жизни. Возможные последствия всерьёз пугают его. Мать и малый брат погибли во время кровавой чумы в горах Калии. Родительница ездила туда раз в несколько лет с одним из детей к бабушке с дедушкой. В тот злосчастный год чума выкосила за две десятины население трёх городов и двух дюжин деревень.