Добрые Люди

Сеть распалась и чистый в два прыжка преодолел расстояние, отделяющее нас от фонтана, а после скрылся вслед за колдуном в воронке. Это было сигналом для неприятеля, и я зажёг поток одновременно со вспышкой пороха — дуло самопала одного из близнецов прыснуло огнём, а через миг полыхнула затравка у второго. Арбалетчик вдавил скобу одновременно с выстрелом сэра Тормика.

Время сжалось, замедляя своё течение, а воздух стал настолько плотным, что каждый шаг давался с огромным трудом, будто я пробирался по речному дну против течения.

Такая техника обращения с потоком требовала большей координации, приходилось постоянно держать баланс между силой и ресурсами собственного организма: больше силы — окажешься на месте раньше, меньше — и могут порваться сухожилия от чрезмерной нагрузки.

Первые несколько шагов я полагался исключительно на поток: пуля летит быстрее арбалетного болта, а братья мишенями выбрали меня и де Мори, поэтому я просто сшиб жандарма в сторону и сконцентрировался на древке болта, который проделал уже половину пути.

Требовалось экономить поток и действовать аккуратно.

Я подоспел вовремя. Ударил райтшвертом плашмя, отклоняя болт выше и вернул времени привычный ход. Выдохнул. Пистолеты рейтара плюнули огнём, но защитная сфера арбалетчика всего лишь вспыхнула в двух местах, а тот даже не шелохнулся. Стрелок явно не был готов к подобному, он уже видел пятку болта, торчавшую у сэра Тормика промеж глаз, но я спутал карты. Де Мори к этому моменту рухнул на мостовую, а я, сделав глубокий вдох, снова зажёг поток.

Пули близнецов выбили крошку из стен дальних строений, но я помнил, что у каждого в кобурах было по два пистолета — выбирать не приходилось и я ринулся к стрелкам.

Предатель из разведчиков нёсся в нашу сторону, но я решил не тратить время на него благоразумно полагая, что де Мори способен справить с ним, ну или хотя бы не умереть сразу, а прикрыть фланг рейтару. Сэр Тормик тем временем разрядил вторую пару пистолетов, но арбалетчик всё ещё стоял на ногах и пытался справиться с воротом самострела.

К близнецам я подоспел, когда первый из них уже был готов выстрелить, глаза того округлились, когда я возник перед ним, и он, дёрнувшись, послал пулю гораздо выше. Я же сместился с линии огня второго из братьев и уже на чистом потоке вложился в удар. Сфера выдержала. Второй близнец прыгнул в бок, выцеливая меня, я юркнул влево, и снова наотмашь рубанул — сфера поддалась и со звоном рассыпалась.