Не грози Дубровскому! Том 7

Хотя зная Панфилова, там точно будет весело.

Как и договаривались мы прибыли в поместье Панфилова ровно к восемнадцати ноль ноль.

— О! Виктор Игоревич! Рад вас видеть! — Сказал Панфилов выбежав нас встречать. — Боги! А что это за прелестное создание рядом с вами? — Расплылся он в улыбке смотря на Юлию.

— Мышкина Юлия Сер... — Начала было она говорить отчество, но осеклась на полуслове. — Просто Юлия.

— Вы обворожительны. — Сказал Панфилов и поцеловал ей ручку. — Прошу в дом! Гости вас уже заждались.

Особняк Панфилова кишел разношерстной публикой. Политики, купцы, деятели искусства, военные, одним словом, здесь был весь цвет нации.

— Кажется ваша фамилия Дубровский? — Спросил статный мужчина с необъятным животом. Это был министр торговли. — Здорово вы пошумели на помолвке моей дочери.

— Прошу прощения, но мне не оставили выбора. — Начал было я, но министр меня остановил.

— Не стоит извиняться. Благодаря вам гости надолго запомнят помолвку, а вместе с этим о ней написало каждая уважающая газета в империи.

— Рад что вы не в обиде.

— Да какие могут быть обиды? — Отмахнулся министр. — Мой зять прожужжал о вас все уши. Вы весьма впечатлили его своими навыками. А он, между прочим, тоже очень умелый боец. Кстати, он тоже здесь. Кажется, пошел в оружейную Дмитрия Валентиновича. Очень уж он любит разного рода безделицы, да чтоб поострее и посмертоноснее.

— Замечательно. Значит нам с ним явно будет о чём поговорить.

— Вот и славно. Прошу меня извинить, но вон за тем столиком господа решили поиграть в преферанс. А я не могу позволить им сделать это без моего участия. — Министр азартно потёр ладони и двинул к столику.

— Ты был прав, здесь куча занятных людей. — Шепнула мне на ухо Юлия и начала перечислять мне бесконечный список влиятельных богачей.

Признаться от такого количества имён голова шла кругом. Иногда нас захватывала проходящая мимо компания, погружая в собственный мир. Травили ничего незначащие байки, весело и по-доброму общались и уступали нас следующей компании.

После начались танцы. Живая музыка, резонируя с деревянными стенами заполняла весь дом. А желтизна пламени от свечей отражалась от лакированного паркета, привнося в приятную атмосферу немного загадочности.