Восхождение Примарха - 6

И я почувствовал её дыхание, а ещё привкус слёз, которые ручьём текли из её глаз.

— Я вытащу тебя отсюда, — пообещал я, отстраняясь после того, как императрица несколько раз кашлянула. — Клянусь.

— Я буду ждать, — кивнула мне принцесса.

И в этот момент вдалеке за поворотом коридора послышались тяжёлые шаги.

— Обход! — шикнула на меня Елизавета Фёдоровна. — Пора уходить!

— Хорошо, — кивнул я и протянул руку принцессе.

Та потёрлась щекой о мои пальцы и улыбнулась. Вкупе с заплаканными глазами смотрелось это, конечно, душещипательно.

Но в любом случае я собирался выполнить своё обещание. Я всегда их выполняю.

* * *

Император проводил консультации.

После ухода Державина с поста министра транспорта он понял, что ему просто некого поставить на это место. Орлова он казнил лично. Ветров не устраивал большую часть приближённых. И даже, если назначить его, не учитывая желаний остальных, то это вызовет ещё большее недовольство.

Про Дулова и думать не хотелось. Это курам на смех.

Приходилось вызывать самых верных людей и выяснять у них, кто бы мог занять этот пост.

Учитывая ситуацию внутри дворца, делать это было не очень-то и легко, потому что все интересовались здоровьем принцессы и императрицы. Намеренно, надо полагать.

Сейчас перед ним сидел Чернышёв, и Ярослав Иванович мог поклясться, что тот его корит за происходящее с Варварой и недоволен положением дел с Державиным-младшим, хотя даже ни слова на эту тему сказано не было.

Тогда монарх сам решил выйти на этот разговор, чтобы потом не коситься в сторону абсолюта, подозревая того в каких-то крамольных мыслях.

— Скажи, Валерий, — обратился он к магу земли, когда остальные вопросы уже были выяснены, — ты тоже думаешь, что Никиту Державина нужно было делать зятем, несмотря на то, что он лишился магии?

— Лишился? — удивление Чернышёва было настолько искренним, что император просто опешил.

— Ну, конечно, лишился, — проговорил он с таким видом, словно ему приходится повторять прописные истины, но теперь он в них не уверен.

— У него же теперь нет источника и этого их... как его... эфирного сердца.

— Ну да, — согласился Чернышёв, не понимая, что от него хочет монарх. — Источника и эфирного сердца он лишился в процессе битвы. Но магии-то в нём хоть отбавляй.

— В смысле? — император хлопал глазами, как будто ему только что доказали, что дважды два будет десять. — Много магии?

— Да, он, полагаю, гораздо сильнее меня будет, — кивнул Чернышёв и задумался.