Временщик 5

Кобант собрал всех! — поднял он мясистый палец перед лицом Гиркина.

— Друзья, не хочу вмешиваться в ваш разговор, — сказал я, — но тут небольшие проблемы. С этим вашим Вильтпленом.

Гномы слушали меня сначала удивленно, потом настороженно, а когда я закончил, их лица были полны недоверия. Точнее, слушал Кобант, изредка что-то переводя своему спутнику. Видимо, тот изучал человеческий лишь в школе, а с носителями языка дел не имел.

— Вильтпленом правит Бремс, он сильный воин. Никто не может победить Бремса, — ответил мне Кобант, когда я закончил.

— В страже Вильтплена десять копий и пятнадцать арбалетов. Чудовищ в этих местах нет, а кирдцы не воюют друг с другом. Зачем чужеземец лжет?

— Он не лжет, — вмешалась Рис. — Вильтплен сожжен дотла, его жители убиты, в том числе и Вратарь.

— Железный истукан мертв? — Кобальт криво усмехнулся. Видимо, чем больше мы говорили, тем меньше он нам верил. — Железного истукана нельзя убить. Хорвад из Лоргондара пробовал со своим хирдом. И Тиргт, как только стал Ищущим, тоже пробовал.

Они умерли. А к железным истуканам больше не приставали.

— Можете убедиться в этом сами, — с пренебрежением фыркнула Рис. — Скажите только, это тропа выведет нас к городу?

— Выведет. Эта прямая дорога к Ворвту. Но Кобанту там не нравится, правитель Ворвта мало платит за троллей.

Гиркин стал  говорить что-то Кобанту на непонятном нам языке, показывая то на нас, то вперед, в сторону Вильтплена. Гном в ответ отмахивался от собеседника как от надоедливой мухи.

— Гиркин говорит, что надо поворачивать в Ворвт.

Пусть мы получим меньше денег, но с нами ничего не случится.

— Это хорошая идея, — включился я.

А что, действительно неплохо. Одно дело, когда вы путешествуете по чужому миру вдвоем, и совсем другое, если все это происходит в компании местных бойцов, которые, если судить по цепям на тролле, умеют за себя постоять. Жаль, что гном не разделял моего мнения.

— Гиркин трус. Иноземцы лжецы. Кобант верит в себя и свой арбалет. В этих землях никто не справится с Кобантом.

Швах! — крикнул он своим и махнул рукой.

Процессия с троллем двинулась вперед, поэтому нам пришлось посторониться. Зеленокожий гигант, проходя мимо, посмотрел на меня и что-то утробно промычал. Однако в его глазах не было ненависти или злобы, скорее скорбь. Я даже удивился. Мне действительно стало жаль тролля. Может, все дело в том, что заносчивый и хвастливый Кобант не расположил меня к себе. 

А вот Рис было совершенно плевать на гномьи перипетии.