Возгарка I

Вздрогнув, я быстро-быстро стала переворачивать уже начавшие чадить шматки фарша. Прикусив губу, искоса посмотрела на хозяйку кухни: та гневно сдвинула брови и била скалкой по ладони. Похоже, взбучку от отчима я получу даже не двойную…

* * *

— Вот как сейчас помню, — вещал подвыпивший дед Яхим, — семьдесят шестой шёл, три года мы уже этих мурадцев били — живых и мёртвых, — а они никак не кончались. Настырные, сволочи, силов нет! Полки их эти, как их, орты, через Малое морюшко-то переправлялись прямяхонько на диоклийские бережки.

Пролив они себе заграбастать хотели, чтоб единолично со всех пошлину стрясать. Странные ребята, я вам скажу, вот наши все под знамёнами идут, а эти казан тащат, будто ятаганами тебя нашинковать да сварить угрожают.

— Хорош заливать, дед, — кузнец дунул на пенную шапку и пригубил из кружки.

— Не, пущай вещает, — возразил ему шорник. — Интересно же послушать, как деды воевали. Ты, дедуль, рассказывай, я тебе ещё пенного поставлю.

— Так вот, говорю, странные ребята. Строй не держат, вопят, по следам своей конницы бегут, кто во что горазд вытворяют, а как-то ж своего добиваются.

Нас с братишками тогда в полон взяли, клыкастые допрашивали, мозги выворачивали. Ну, повезло мне, да, последним я в яме остался. Вытащили, по рукам связали, и дожидаться у шатра своей очерёдности посадили…

Он промочил горло, покряхтел и продолжил:

— Потом у них там чего-то произошло, бегали, кричали на своём, не до меня караульным стало. Я по-тихому верёвочку-то перетёр, да думаю, если враг отвлёкся и не следит за тобой, надо действовать немедля, только тихо, чтоб поздно было, когда хватятся.

Ну я и утёк — да сходу в нашу ставку. Братков, правда, не спасли, зато языка взяли. Вот тут уж мы сами с ним такого понаделали, вспомнишь — страх берёт. Отомстили, значит, за братишек.

Рассказ старика я слушала краем уха, гораздо больше внимания уделяя заполненным доверху кружкам и стараясь не расплескать их.

В начале вечера всегда много еду заказывают. Кто-то только с работы, в основном рыбаки, кто-то специально сюда ужинать приходит.

Но через пару часов из съестного начинают одну закуску просить, зато спиртное течёт реками. Тогда Либена делает вид, что притомилась — она же тонкая натура, творческая, ей простительно. Анна не справляется, и меня отправляют ей помогать.

Вот и сейчас я протискивалась между поддатыми мужиками, чтобы донести поднос с пивом до дальнего столика. На коряге у стены живописно раскинул крылья мёртвый коршун — подарок дяди-охотника.