Возгарка I

Может даже летают, потому и не шумят, кто их знает?

— Ты посмотри-ка, что у нас тут завелось, — сапоги незнакомца мягко ступили на прогалину. Лунный свет выбелил его короткие светлые волосы и чуть заметно отразился в воронёном нагруднике. Сбоку на поясе висели ножны, из которых торчала рукоять с простой крестовиной.

Витек сразу же подорвался и зарычал, мы с Таяной тоже оторвали задницы от бревна и напряглись, готовясь драться или бежать. Ну, точнее по очереди.

— Шавкам место на привязи, — сказал вампир и сделал ещё шаг, будто не замечая изменений, которые происходили с Витом.

Мой старший брат низко зарычал, его лицо вытянулось, зубы перестали походить на человеческие, а ногти удлинились и заострились мощными когтями. Мелкие волоски на теле начали отрастать, превращаясь в звериную шерсть. Грудные и плечевые мышцы натянули просторную рубаху. Но ему не удалось сменить ипостась до конца.

В руке кровососа что-то блеснуло…

Хлёсткий удар рассёк воздух, и шею Витека обмотала цепочка.

— Поводочек для щеночка! — губы кровососа растянулись в гадкой усмешке, я заметил влажные кончики клыков, а ещё его глаза почернели, и он дёрнул туго натянувшуюся цепочку на себя.

Витек рухнул на колени, судорожно хватаясь за серебристые звенья…

Ох, нет! Не серебристые! Это и есть серебро!

Пока брат пытался отодрать эту дрянь, вампир успел залихватски перемахнуть через него, продолжая наматывать и переплетать витки. Всё произошло так быстро… Он протанцевал вокруг Витека и бросил того умирать мучительной смертью. С хохотом отступил, будто играя.

— Вит! — закричал я и бросился помогать брату.

Животные черты втянулись обратно, и сейчас его лицо багровело, на шее проступали вздутые вены, а от кожи валил дым. Я обжигал пальцы, пытаясь распутать цепочку, но времени искать в сумке перчатки не было.

Серебряные звенья никак не поддавались, Витек хрипел, глаза вылезали из орбит, а ещё…

— Нет! Отвали, ублюдок! — кричала Таяна.

Обернувшись, я увидел, что этот сукин сын повалил её в траву. Мигом позже его голова припала к ярёмной вене, и сестра закричала так, что я чуть не бросил Витека лишь бы оттащить клыкастого падлу от неё и разодрать глотку ему самому.

Кровь закипала, я чувствовал, что сам начинаю меняться. Ногти росли, но это оказалась неожиданно полезно: мне удалось подцепить туго замотанную цепочку и начать разматывать её. За криками сестры я различал поросячий визг: мелкий паршивец голосил так, будто это ему кровь пустили.

Таяна отбивалась, но у нее ничего не выходило.