Возгарка I

Анна, набросив лёгкий шёлковый халатик, тоже выглянула на палубу, но только стояла, прикрыв рот ладонью от ужаса, и ничего не делала.

Вампир перебросил меня через плечо, подошёл к борту и прошипел:

— Выбирай, котёнок, в воду или в трюм?

Я визжала, дёргала ногами и извивалась червяком.

— Что-что? Не слышу? Хочешь искупаться? Отлично!

И выбросил меня за борт.

Дальше я пережила худшие мгновения в жизни. Нет, я умею плавать, но почему-то показалась, что вот точно не выплыву и это конец, будто камень к ногам привязали.

Ледяная вода приняла меня в объятия, заполнила уши глухим гулом, набилась в нос. Я выпустила кучу пузырей из губ и взбила ещё больше, барахтаясь руками и ногами. Кишки стянулись тугим узлом.

И он не распустился, даже когда удалось вынырнуть и судорожно продохнуть. Не успела я разлепить веки и проморгаться, как пятерня вампира выдернула меня обратно да швырнула на палубу.

Я больно приложилась боком и шумно выдохнула, из ноздрей полетела чуть солоноватая вода вперемешку с размокшими соплями — промывание, блин.

Волосы налипли на лицо бурыми водорослями.

Вампир покачал головой, поцокал.

— Ну как, остыла? Если нет, можем повторить столько раз, сколько захочешь. А теперь отдохни и подумай о своём поведении.

Он открыл трюм и стащил меня по лестнице вниз.

Я выдиралась и упиралась, но его пальцы легли на моё запястье каменной хваткой — чуть не слетела по ступеням от рывков. Трюм заполнялся ящиками и бочками, пахло затхлостью и крысиным помётом.

— И не вздумай голосить. Помни, что твоя сестра у меня, — бросил подонок на прощание и поднялся обратно — уже без меня.

Крышка люка закрылась, погружая корабельное нутро в темноту. Лязгнул навесной замок. Доски над головой заскрипели от шагов: вампир удалился в каюту. Вскоре послышались весёлые голоса, смех, а чуть позже — стоны.

Только этого не хватало… Нужно выбраться отсюда…

Преодолев ошаление, я выжала воду из подола и стала искать.

В кромешной темени пришлось перемещаться ощупью.

Вскоре я поняла, что выбраться другим путём не получится, и нашарила ступени. Взобралась наверх, стала пихать крышку. Та чуточку приподнималась, лязгала замком и падала обратно. Ещё немного подолбившись, я спустилась вниз.

Забралась на ближайший ящик, обхватила колени и заплакала.

Я дрожала от холода и лютой ненависти. Одежда и волосы остались жутко мокрыми, превращая мою беспомощность в настоящую пытку.