Пипец Котёнку! 4

Ну что ж, погремим!

Встряхиваю артефактом, и вокруг разносится оглушающий грохот. Я сам слышу его как бы отдалённо. «Погремушка» так работает. Но Бремзину достаётся сполна. Атака прерывается, герцог орёт от боли и зажимает руками уши.

Зашибись, мой шанс!

Не трачу время на попытки распутать Замедление. Просто перегружаю нахрен печать, влив кучу маны. Расточительно, но что поделать.

Замедление разрушается, и я опять бросаюсь вперёд, на ходу создавая Астральные когти. Сейчас пощекочу тебя, немчура поганая..

.

Из ушей Рихарда течёт кровь. Кажись, ему порвало барабанные перепонки. Радость-то какая. С оглохшим соперником будет проще драться.

Впрочем, герцог ещё полон сил. Едва я приближаюсь, он выбрасывает вперёд правую руку с раскрытой ладонью. Успеваю заметить, что на ладони вытатуированы какие-то магические символы.

Эти символы вспыхивают красным, и затем краснеет всё вокруг. Зрение затягивает плотной алой пеленой, как будто я надел непрозрачные очки с красными стёклами. Твою мать, очередное проклятие!

Я ослеплён, а герцог оглушён.

Прекрасно. Два калеки дерутся.

Но без зрения явно как-то хреновее, чем без слуха. Рублю Когтями наугад, но даже не задеваю Рихарда. Чувствую, как сбоку прилетают очередные удары по доспеху. Первый слой лопается, и порча перекидывается на второй.

«Ярослав... Я... сейчас...» — стонет в голове Люсиль.

— Не лезь! — вслух рявкаю я. — Мана нужна!

«Поняла...»

Люся не может не питаться от моего сигила. В конце концов, мана для неё как воздух. Но на какое-то время она может обойтись без внешней подпитки.

Сейчас, чуть-чуть восполнив силы, она отключается, позволяя мне получать от сигила полную мощь.

Продолжаю скакать вокруг и наугад рубить Астральными когтями. Сука, сука, сука! Что делать?!

Печать Прозрения! Ну очевидно же!

Пока создаю печать, приходится принять ещё несколько атак на доспех. Проклятие снимается, но не полностью. Перед глазами остаётся красная пелена, но теперь хотя бы полупрозрачная.

Вижу Бремзина, который стоит метрах в десяти.

Он на моих глазах задирает рукав на левой руке и полосует себя скальпелем по предплечью.

Так, это хреново. Ведь Рихард владеет не только магией проклятий, но и магией крови. Кажется, пришёл её черёд.

Кровь хлещет из раны герцога бурным потоком, и принимает форму длинного двуручного меча. Слегка изогнутый клинок, широкая гарда. Гросс-мессер, подсказывает память, «большой нож» по-немецки.

Что-то неохота подставляться под удар этого дрына.