Простая магическая жизнь

Огромный плюс, о них я нигде не читал. На складе воздух мигом стал свежим и с запахом мороза.

Конечно, Норвичу я такой гадости не забыл. На зельеварении тихонько отлил желчи броненосца (ее нам выдавали, в ингредиентах у меня ее не было). Потом уже в спальне смешал с вытяжкой из хвоста Многоигла, тщательно охладил, чтоб убить запах. На следующем занятии по зельям, проходя случайно мимо места опаздывающего Норвича, вылил зелье ему на стул. Тот прилетел после звонка, получил минус два бала за опоздание и плюхнулся на свое место.

К концу урока зелье достаточно разогрелось и запашок от его места пошел жуткий, смесь дохлятины и помойки. Все морщились, но досидели до конца. А вот в коридоре обнаружилось: вонючка - Норвич. На заднице его мантии слезла краска в местах контакта попы и стула. Смеялись все. Я был отомщен и не пойман. К моему удовольствию, Норвич нарвался на декана Слизерина, тот снял с него десять балов, за нарушение формы и вонь. Мог бы и побольше снять... да ладно, я удовлетворен. Кличка Вик-вонючка приклеилась к нему надолго. В гостиной по совету Делейна я рассказал, за что пошутил над Норвичем. Факультеты, естественно, обменивались информацией, рано или поздно информация дойдет и до вонючки. Я понимаю, сигнал не лезь, он поймет не сразу, придется еще пару раз учить.

Потом случился наезд от Гринграсс. С чего это она, не понял. Подошла и потребовала мою домашку по рунам. Я на нее посмотрел как на больную, не ответив, отвернулся. Делейн усмехнулся и тайком подмигнул.

Я вздохнул. Начался прессинг и подминание под себя слабых. Стаи в среде первачков стали формироваться быстрее. Мне же удивительно комфортно было одному. Наверное, потому, что жили мы уединенно. Большие компании меня напрягали и заставляли держаться на стороже. Нет, я не убегал с визгом прочь. Просто старался тишком пробраться к краю и незаметно уйти. Думаю, половина первого курса до сих пор не знала, как меня зовут.

За осень и зиму я сильно вырос и раздался в плечах.

И если брюки можно было носить, отвернув подвороты брючин. То рубашки стали коротки как по рукавам, так и по длине. Приходилось надевать свитер, скрывая плачевное состояние одежды. Свитера растянулись от стирок и хорошо все прятали. Можно было конечно написать бабуле, но я не стал. Как-нибудь доучусь. Тем более мой костюм был в прекрасном состоянии. На сборы факультета я надевал его. Мои соседи по комнате страдали так же. Смеяться друг над другом было глупо.