Закон Арксеона 4

Всё тело горело от боли, но экзоскелету было без разницы, в каком состоянии кости и мышцы. Он бежал и бежал, не оглядываясь назад. Рядом слышался топот и тяжёлое дыхание Зоры, а также виднелись искры бегущей Шери.

Кабрио не помнил, сколько минут он бежал, но в какой-то момент понял, что можно уже и передохнуть. Если бы Змей хотел (и мог) атаковать на таком расстоянии, он бы это уже сделал.

Обернувшись назад, странник не увидел ни длинной шеи, ни гигантской морды. Похоже, тварь отстала. И всё бы хорошо, только вот.

..

Положив Гримма на землю, Кабрио понял, что дела огневика плохи. Он весь истекал кровью, был бледным и тяжело дышал. Иногда кашлял, всякий раз выплёвывая изо рта кровавые кляксы.

— Гримм, слышишь меня?! Прижги себе все раны! — приказал Кабрио.

Монах пребывал уже в полубессознательном состоянии, но услышал слова лидера и выполнил приказ. Всё его тело вспыхнуло волнами пламени, которые обожгли и мага, и склонившегося над ним лидера. Кабрио спешно накрыл себя антимагией.

Когда буйство пламени прекратилось, кровь из монаха уже не текла, но всё его тело было покрыто ожогами.

Все понимали, что это лишь временная мера. Там по-любому изрешетило все внутренние органы, и прижигание лишь отсрочит его кончину.

— Плохо дело... — произнесла Зора, без сил рухнув на землю рядом. — Боюсь, выхода нет. Нужна вампирская кровь.

Да уж, тут не поспоришь. Если оставить огневика в таком состоянии, он гарантированно помрёт. Знать бы, через сколько порций этой крови человек окончательно становится торчком.

Достав из инвентаря пузырёк, Кабрио приподнял голову монаха, чтобы влить жидкость в рот. Но вдруг остановился. Что-то было не так. Странник поболтал пузырёк перед лицом, присматриваясь к содержимому.

— Почему кровь стала серой? — спросил он.

Напарницы присмотрелись и убедились, что вампирская кровь и правда обесцветилась.

— Срок годности, что ли, вышел? — предположила Шери.

— Если подумать, с того дня, как я эту кровь нашёл, уже дней двадцать прошло, — посчитал Кабрио.

— Плюс не известно, сколько до этого она хранилась у шайки разрубательницы.

Дабы убедиться наверняка, он откупорил пробку и принюхался. Гадость. Пахнет чем угодно, но только не кровью.

— То есть, Гримма этим теперь не исцелить? — спросила Шери.

— Можно, конечно, попробовать... — засомневался Кабрио. — Но может не подействовать. А может даже отравить, и Гримм помрёт ещё быстрее.

— Но разве у нас есть другой выход? — спросила Зора. — Посмотри на его раны.