Гремула. Книга демонов [1]

В конце концов, накопившаяся усталость полностью лишила сил и сон взял верх над разумом, тонущим в кошмарах.

Но покоя не было и во сне.

Сквозь густой туман, взгляду являлись искривлённые фигуры. Они были безликими словно тени и такими же молчаливыми. Они приходили, чтобы посмотреть на беззащитного человечка, изучить его и уйти обратно.

Тени показывались одна за другой и, наконец, Эмет понял кто они и что им нужно. Это были демоны — те, что ещё томились в книге. Хоть все они заперты, но теперь, когда их тюрьма ослабла, силы стали понемногу возвращаться в их бестелесные сущности.

Все эти исчадия лишь наблюдали, одним свои видом вгоняя в ужас. По всем правилам кошмаров старик уже должен был проснуться, но сон держал крепко. Так, будто его принесла не только усталость.

Сперва тени просто смотрели, но затем они стали подходить ближе и что-то шептать. Сперва их речь казалась слишком неразборчивой и быстрой, но демонический шепот постепенно становился понятным, и старик начинал различать слова.

Хранитель не понимал, кто именно говорит с ним, но его это и не интересовало. Демоны вокруг него интересовались именем старика и упоминали Герндаля, его прадеда. Демоны молвили о том, что старик не справился со своим семейным делом и насмехались над ним за это.

Но среди чудовищ нашлись и те, кто явился не посмеяться. Эмет все еще не понимал, кто с ним говорит, и все тени выглядели почти одинаково, но новые собеседники отличались большим умом. Они предлагали заключить сделку и освободить их.

Они были готовы подсказать как, и обещали не вредить старику после своего освобождения.

— Нет! — в ужасе шептал хранитель. — Я не могу! Я не должен!

— У нас с тобой дрязг нет, — отвечали демоны старику. — Ты нам не нужен.

— Это так… — из страха согласился старик.

— Помни человек, мы всегда будем рядом.

Исчезла тень, и туман окутал Эмета. Окутал, чтобы выпустить из проклятого морока. Когда хранитель открыл глаза, утренний свет пробивался сквозь щели в забитых окнах. Старик уснул, сидя за столом, перед книгой.

Она была закрыта, и жуткий глаз смотрел на него с обложки. Трясущиеся пальцы потянулись к Гремуле, чтобы взять её и убрать подальше, с глаз долой, но старик не решился прикоснуться к холодной обложке. Лишь один вопрос сейчас тревожил его: — «Что же мне делать?»

Бокал с вином был пуст, и худые руки стали перебирать бутылки на полу и на столе. Все они оказались пусты. Из еды тоже ничего не осталось.

«Сколько же я просидел здесь?».