Дефрагментация. След.

Делать нечего, есть дорога, есть ноги, а значит шагать и шагать. Вспоминая узилище, а точнее графство, и еще точнее графский замок, что больше оказался похож на хорошую, неприступную крепость. Построенную на высоком плато ровно в середине огромной цветущей долины. Скованной по краям грядами высоких, впечатляющих гор и в придаток, живописным, чистейшим озером, расположенном в узком горле долины. Озеро, водопадом ниспадало с огромной высоты в огромную реку, льющую свои воды глубоко внизу. Там, где рождались великие и бескрайние, проклятые и священные, северные леса, что тянулись и тянулись давя любого своей величественностью до самого студеного, самого страшного и опасного для мореходов, моря.

**

Ночь прошла спокойно. Слитые почти в самый остаток за время боя С «Хельгом» в его замке, частично восстановились. ( Хельг – сверх агрессивный биологический антипод Харунам. В отличии от Харунов, живых, разумных колоний нано машин, Хельги по своей сути являлись разумным вирусом, почти с зеркальной структурой, что и у машин, их коренные отличия друг от друга заключались только единственно в том, что колонии Хельгов – рои, подчиняли себе все живое, а если не подчиняли, по сути заражали и превращали живых просто в носители, то тотально уничтожали.

Обычно, в мульти мирах, не во вселенных, а именно в мирах, где вселенных могло оказаться от бесконечности к бесконечности с бесконечным количеством галактик, а звездных систем, да кто их считает? В итоге, как бы парадоксально не звучало, но машины, и только машины, оказались не по зубам Хельгам. И одновременно, машины и именно машины, оказались той единственной силой, что могла, а главное хотела и стремилась раздавить Хельгов. Ведь единственная цель одного единственного нанита, это Хельг. А то что при этом они оказались и единственными защитниками самой сути существования разумной жизни во всех вселенных, просто оказалось побочным эффектом.

Охотники. Псы, без страха и упрека. Вечные гончие, вечного врага, Харуны рождались и погибали только в битвах.

Собственно, как и Хельги. И самое страшное, между их Богами был лишь один спор…

Порой сложно адаптироваться, особенно когда нано насыщенность оболочек желает лучшего. Я оставил свое тело спать стоя, посреди дороги. И ведь нет что бы подумать, что и простая палка раз в год стреляет, а кому-кому о том не знать, как ни мне? Вот и по этой, казалось бы безжизненной, давно заброшенной дороге ровно в хитрый час меж тьмой и светом, а проще в предрассвете.