Волхв пятого разряда

Печали добавляло то, что потерялась связь с родителями – на юге Славии сепаратисты подняли мятеж и отделились от республики, образовав свою Нововарягию. Родители Богдана как раз и проживали на мятежных землях. Это лишь добавило Богдану ненависти к сепаратистам. В Сербии они в него стреляли, а в Славии прервали связь с родителями. Уроды! Ничего, наступит время, и он с ними разберется. Преподаватели им говорили, что выпускников училища отправят в Славию, где есть потребность в офицерах-магах. Но вышло по-иному…

Богдан учился на последнем курсе, когда в училище внезапно позвонили из Службы безопасности Германии и велели прислать в их офис курсанта Ковтюха.

Недоумевая о причине вызова, Богдан послушно прибыл по указанному адресу. Унтер-офицер на входе проверил документы посетителя, открыл журнал и подсказал ему куда идти. В просторном кабинете на десятом этаже курсанта встретил немолодой мужчина в штатском.

– Садитесь господин Ковтюх, – заговорил с ним на варяжском, после того как гость произнес обычное здесь «Гутен таг».

– Поговорим.

Курсант присел на стул.

– Меня зовут Иван Иванович, – продолжил хозяин и снова на по-варяжски. – Вы к нам приехали из Славии, насколько знаю?

– Да, – подтвердил Богдан.

– Давно бывали дома?

– Ни разу не бывал. Сначала обучался в школе, затем служил. А после стало невозможно: сепаратисты захватили эти земли.

– И как вы к этому относитесь? – спросил Иван Иванович.

– Ненавижу гадов! – Богдан не смог сдержаться.

– Это хорошо, – хозяин кабинета отчего-то улыбнулся.

– Как отнесетесь к предложению помститися?[5] Так, вроде, говорят у славов?

– Буду только рад.

– Задание опасное. Риск вас не испугает?

– Я воевал, Иван Иванович! – обиделся Богдан. – Не раз стоял под пулями, был ранен.

– Что ж слушайте…

Через неделю Богдан отправился в Москву со славским паспортом в кармане на имя Ивана Кузнецова, сбежавшего в Германию от мобилизации после начала войны с Нововарягией. Легенду подтверждало удостоверение беженца, выданное немецким муниципалитетом.

По легенде с работой у Ивана не заладилось, а жить в приюте с нищенским пособием мужчине надоело. Вот и решил в империю податься, тем более по национальности он никакой не слав, а истинный варяг, о чем свидетельствуют имя и фамилия. Воевать с такими же братьями по крови он не желает.

Несмотря на противостояние Варягии с Германией, отношения меж ними не прерывались: ходили поезда, летали самолеты. Империя охотно принимала славов, сбежавших из «родной» страны.