Непонятная цивилизация

Короткий каменистый пляж быстро сменился землёй, вьющейся десятками корней деревьев. Растительность из-за особенностей острова была скудной, да и какая разница, если сейчас была глубокая ночь? Лива бежала дальше, бежала без остановки и совершенно не оглядываясь. Трава под её ногами предательски подкладывала маленькие камни, от чего боль вновь взяла главную роль. Тело, на котором было только тряпьё, содрогалось от каждого шага, на лице твёрдо закрепилось страдание и слёзы, выскальзывающие из уголков глаз. Наша героиня всё глубже уходила в лес.

До тех пор, пока у неё не закончились все силы.

Тем временем на каменистом пляже, вдали от порта и его злых обитателей собрались почти все заключённые. Кто-то убежал в лес, кто-то пошёл дальше по пляжу, кто-то был уже на том свете, если он, конечно, есть, но основное количество расположилось именно здесь. Довольно сильные мужики сразу заприметили новые возможности, которые вежливо отворяли им дверь в новый, доселе неизведанный мир. Пошёл искусственный отбор, разделение на волков и овец.

Сейчас волки всем своим видом показывали, кто здесь хозяин и за кем тут надо послушно следовать. А потом, разделившись на обязанности, многие участники этой… ммм… банды пошли в лес добывать хворост, еду и всё то, что может оказаться полезным для начального выживания на Тамарийских островах. Многие верили, что никакого монстра здесь и подавно не водилось, а все эти байки были специально выдуманы для устрашения общественности. Однако… мир огромен и непредсказуем. Полнолуние — дом всей мистики. И сейчас луна была на самом пике небосвода.

Где-то в чаще леса, среди деревьев двинулся объект и исчез в мёртвом тумане. Ночью он был сильно похож на человека, но эта аура и… незабываемое чувство своей беспомощности перед Тамарийским ужасом ставило его выше никчёмных людей. Кровавая охота началась.

В пятидесяти метрах от каменистого пляжа, где ещё только начиналось редколесье, люди в оборванной одежде собирали хворост.

— Эй, ты! — здоровый головорез крикнул более мелкому пареньку — Я сказал собирать хворост, а не эту мелкую хрень.

— Парень лет двадцати начал спорить.

— Это и есть хворост, недоученная гора мышц.

Пацан был явно из дворянского рода, потому что точно не понимал, как лучше ответить в такой ситуации. Сильный удар нагнал лицо смещённого дворянина через секунду. Эта неумолимая сила заставила его распластаться по земле с окровавленной головой, чья кожа разошлась в нескольких местах вокруг левого глаза.