Гниющий Змей. Книга 1

Всадники растянулись вдоль опушки и стали дожидаться, ведя непринуждённые беседы. К счастью, мне больше не было надобности изображать бутоньерку в петлице Гальтонового сюртука, и я отъехала поодаль.

Санада на светло-соловой кобыле пританцовывала рядом. Ну, в смысле лошадка пританцовывала, хотя, судя по светящемуся виду подруги, животина транслировала их обоюдное нетерпение и восторг.

Лисан с Милой остались в усадьбе. Кудряшка брала уроки верховой езды, но вот молодой чародей не имел к тому ни нужды, ни времени, так что парочка предпочла не позориться перед высшим светом.

Стоит заметить, что Санда в седле ещё больший новичок, чем я. Однако три дня индивидуальных занятий с Аншетилем не прошли даром, хотя переходить даже на рысь, не говоря о галопе, я бы подруге не советовала.

— Ох, поверить не могу, что мы действительно здесь! — восторгалась Санда.

— Угу, — скупо соглашалась я, не разлепляя губ.

— Ты видела платье госпожи Эртон? — её глаза просто светились, но я поморщилась от упоминания этого имени.

— Потрясающая работа, госпожа Эстли даже захотела пообщаться с камеристкой графини, для обмена опытом, так сказать.

Я перевела взгляд туда, где в сени развесистого дуба беседовала компания, состоявшая из пары Кадоганов, помянутой графини и бургомистра. Богато расшитый наряд соперницы напоминал покроем мундир и всё же источал такую женственность, что все без исключения джентльмены приносили Гордане дань из бесконечных взглядов: украдких, маскирующихся под случайные; или долгих, почти до неприличия откровенных.

Лихо заломленная треуголка на её голове довершала образ.

Уж не знаю, может, она, так сообщала мне о намерении продолжать боевые действия или же вовсе не вкладывала потаённых смыслов, но её хищная улыбка и холодные, враждебные глазами служили хорошим контрастом к тёплому, погожему деньку.

Рыжая лошадка графини пританцовывала на месте с тем же нетерпением, что кобылка Санды. Рядом источал жизнерадостность и пот господин Армистед.

Упитанная фигура бургомистра никак не позволяла оседлать лёгкого быстроногого гунтера, так что восседал он на спине массивного тяжеловоза тёмно-гнедой масти. Этот мерин флегматично общипывал кустарник и не проявлял интереса к обществу прекрасной дамы с огненной гривой, чего нельзя сказать о жеребцах Кадоганов.

Я отвернулась от этой четвёрки: слов с такого расстояния не разобрать, а наблюдать за пантомимой, додумывая содержание, не хотелось.