Гниющий Змей. Книга 1

Я вовсе не та девушка, что станет из кожи вон лезть, лишь бы соединиться с мужчиной, который её отвергает. Да и не полагаются мне теперь такие потуги: проклятая алая лента в волосах запрещает.

Поезд из нескольких десятков экипажей и фургонов со слугами и припасами добрался до загородной резиденции Кадоганов уже после обеда — к полднику, можно сказать. Нас пропустила поднявшаяся решётка в воротах высокой стены. Башни, зубцы и дозорные — укрепление выглядело так, будто вполне могло выдержать осаду.

Но вся дороговизна этого местечка осознавалась лишь внутри.

Потому что крепостные стены обносили вовсе не замок, но акры чудесного сада с жилыми постройками лишь в самой его сердцевине. И там, за периметром из этих самых построек скрывался другой сад: очень ухоженный, разбитый для прогулочек под ручку. Особняк в самом центре этого великолепия служил вишенкой на двухэтажном торте.

Ох, торты... нет, про сладкое лучше не вспоминать. Меня после вчерашнего ещё не отпустило.

Наш экипаж остановился на мощёной дорожке вокруг изящного фонтана, пускающего воду из рожков-раковин в руках трёх русалок.

Ступени, ограниченные белыми вазонами, поднимались к площадке перед входом в особняк. Сложенный из светло-бежевого камня, он имел выступ фасада, увенчанный фронтоном с гербовой лепниной. Нижний этаж понизу опоясывала рустовка. Кровля, одетая в серую черепицу, пестрела дымоходами. Шатровые крыши венчали два флигеля на манер замковых башен. Но окна впускали слишком много света, чтобы защитить особняк от вторжения — что и не требовалось, ведь лорда-канцлера всегда сопровождает как минимум один чародей, да и прочей охраны здесь хватает.

Да, и не забываем про скульптуры.

Потемневшая бронза воспевала красоту человеческих тел, балансируя на грани приличия.

Гостей встретил дворецкий и целый штат слуг.

— Ох, ты ж... Ничего себе... — с раскрытым ртом и замирающим сердцем проговорила Санда. — Мы действительно будем здесь жить? — вопрос скорее риторический, ведь иначе для чего мы пёрлись в такую даль.

Правила этикета потребовали, чтобы Гальтон лично подал руку своей невесте и помог той поставить ботильон на подножку кареты да сойти на твёрдую землю — или камень, как в нашем случае.

Идти с ним под ручку не показалось мне приятной затеей. Но к разговорам нас ничто не обязывало. Старая госпожа Кадоган — прабабушка моего жениха — выбралась из экипажа с поддержкой некоего лорда. Её пышное чёрное платье дополнялось головным покровом из прозрачной, но такой же чёрной ткани.