Гниющий Змей. Книга 1

Либо вообще ничего, так что даже этому мёртвому светилу стоит порадоваться.

Рухнув на колени от изнеможения, я наблюдала, как расщелина со скалистыми обрывами смыкается. Твердь гудела и вибрировала подо мной, осыпалось каменное крошево. Я заметила лёгкую зыбь в закрывающейся яме — будто нагретый воздух или мерцающие тени. Вот, провал затянулся, сомкнулся заживающей раной.

— Никакой лестницы ведь не было, да? — я подняла взгляд к нахашу. — Пока ты не сказал о ней, её не существовало? — проговорив это, я сразу поняла, что несу чушь.

Ведь здесь всё не настоящее. Просто кажется таким реальным...

— Конечно, мы её выдумали, — он опустился рядом, положил глефу в серую пыль и повернул ко мне жёлто-оранжевые глаза. От скудного света зрачки расширились и казались почти круглыми, как у человека. — Строго говоря, здесь ничего не с-с-существует. И одновременно очень даже существует. Ты, похоже, новенькая. Потому дам совет: когда прос-с-снёшься, напейся отвара полыни. И пей его каждый раз перед сном, тогда мозговые полипы к тебе не полезут, а если окуришься дымом, то и с остальными прощ-щ-ще общ-щ-щаться будет.

— Мозговые полипы? Эти ползучие куски желе?

— Да, да, эти самые, — с некоторой весёлостью кивнул нахаш и опёрся когтистой рукой о твёрдую почву, чуть откинувшись спиной назад и согнув ногу в колене. Поди вообще бы развалился, да места не располагали: серая пустошь, только низкие горы вдоль горизонта. — Если это желе заползёт тебе в голову, то пос-с-елится там, как дома.

Я невольно прыснула.

— Согласен, забавно звучит. Но результат будет с-с-совсем не весёлый. Лучше ис-с-спользовать зачарованную полынь, но сойдёт любая.

— Какие дивные сны мне сняться... — ладони приняли лицо в чашу, но стереть наваждение не получилось.

— Ага, и я тоже просто плод твоего сновидения, — в голосе рептилии прозвучала едкость. — Будешь? — мне протянули невесть откуда взявшуюся флягу.

Самую обычную: из лакированного дерева, с притёртой пробкой.

Выдернув её, я нюхнула содержимое.

В нос ударил мощный спиртовой дух с непонятными колкими нотками. Я уже на собственном опыте убедилась, что обоняние и вкусовые ощущения здесь очень даже работают, так что отпила с опаской.

Единого глотка хватило, чтобы горло обожгло расплавленным свинцом, а голова превратилась в колокол, по которому хорошенько вдарили билом. Чудовищная жгучесть почти превратила меня в огнедышащего дракона, я хваталась за грудь, из глаз брызнули слёзы.

— Ох, ты ж... зараза...