Вернуть Боярство 9

— Эсминец-то, спору нет, всё это сделает в десять раз лучше и надежнее, — признал Уваров. — Но эсминцы, крейсера, линкоры — это не только большие боевые возможности, но и огромные расходы. Не говорю даже о жаловании экипажа и регулярное техническое обслуживание, хотя и это весьма дорого... Но одно только алхимическое топливо для реакторов, закупка потраченных боеприпасов и ремонтные работы, случись судну получить повреждения, это немалые расходы. Да и вообще — не напасёшься никаких эсминцев да крейсеров, что бы их по каждому мелкому делу гонять.

Это ж, помимо прочего, ещё и ускоренный износ довольно недешевых деталей, оплата труда артефакторам, закупка материалов... В общем — невыгодно. Вы же станете спьяну ударившего вас смерда боевым заклятием пятого ранга сжигать, верно? Логичнее использовать перворанговое — каждой мишени, так сказать, свой снаряд.

— Я бы вообще не стал жечь смерда, — пожал парень плечами, вызвав удивленный взгляд Уварова. — Дал бы в морду да пошёл дальше.

— Гм... Не каждый благородный человек столь же милосерден, как вы, господин капитан, — заметил Сергей.

Пояснять, что он сам ещё недавно был тем самым смердом, парень не стал. Хотя бы потому, что все те, кто не знал парня ещё полгода-год назад считали, что перед ними не семнадцатилетний юнец, а рядящийся под молодого пожилой Младший Магистр, просто присягнувший новообразованному Роду. Нет, никто таких слухов специально не распускал — просто сам Петя и знающие правду люди помалкивали, так что новички в рядах воинов и магов Аристарха делали выводы на основе известного им — чародеи пятого ранга молодыми не бывают.

— Это последняя проверка, — продолжил тем временем Уваров. — Формальность, по сути, но после Александровска все вдруг резко припомнили каждую букву в военных уставах... В общем, думаю через полчаса будем заходить на посадку в воздушной гавани крепости.

И действительно — с борта корвета воспарил чародей и стремительно перелетел на флагман.

Крохотная фигурка аэроманта приземлилась на верхнюю палубу крейсера и подошла к группе офицеров судна, среди которых был и учитель парня — линза послушно поворачивалась в нужную сторону мысленным усилием, позволяя своему создателю наблюдать за происходящим.

Короткий обмен фразами, расслышать которые не представлялось возможным, разглядывание неких бумаг, видимо верительных грамот — и аэромант, взяв под козырек перед Аристархом, отправился обратно.