Страж Кодекса. Книга IV

.

Подув на горячий кофе, князь Багратион Владимир Львович с хлюпом сделал глоток. За окном его кабинета раздавался голос заместителя, что проводил утреннее построение личного состава на плацу. Назывались имена тех, кого приставят к награде за особые заслуги, а также шло перечисление погибших на благо империи. Да... Это была дань в память о традициях, а подобные построения случались раз в несколько недель.

Окинув взглядом кучу бумаг на столе, глава Центра не сдержал тяжёлого вздоха и приступил к работе. Порой на него накатывали прошлые воспоминания, и ему хотелось бросить всё, схватить свою секиру и ринуться в какой-нибудь Разлом.

Там ему было спокойно, и он чувствовал, что не просиживает задницу в кресле в кабинете, отчего та становилась чуть ли не квадратной.

Неожиданно в дверь постучали, а когда мужчина разрешил войти, в кабинет забежала взбудораженная секретарша.

— Аллочка, что такое? — приподнял бровь Багратион. Он очень редко видел свою работницу в таком состоянии.

— Владимир Львович, тут это... Вот это.

.. — не могла женщина найти слов. — Белов... Вы сказали докладывать вам любую информацию о нём!

Услышав фамилию талантливого новичка, с которым у Тихомирова были проблемы и в которых Багратион хотел разобраться в ближайшие дни, он насторожился. Неужели парень погиб? Это было первой мыслью, что промелькнула в его голове.

Секретарша быстро подошла к столу главы и положила бумаги, которые тот шустро взял в руки и зачитал. Глаза мужчины забегали по тексту, и чем дольше он в него вникал, тем шире становилась его улыбка.

— Вот... хитрый шельмец! — громко засмеялся князь. — А строил из себя невесть кого! Как давно пришла информация?

— Двадцать минут назад, — поправив чёлку, ответила Аллочка. — Пока обработали для архива, пока закрыли сводки...

— Ладно, неважно, — Багратион вновь засмеялся. — Ох, хорош парень! Вот она! Удаль молодая! — помахал он листами с отчётами и начал кого-то передразнивать. — Слабак, недисциплинирован, идёт против приказа! Трижды Ха! Где сейчас Тихомиров?!

— На построении, Владимир Львович, — напомнила женщина и кивком указала на окно кабинета.

— А, ну да, — стушевался князь и почесал затылок. — Как освободится, направь его ко мне! Пусть сам почитает и посмотрит! А то, видите ли, важным себя почувствовал! Хочу увидеть, как его морда скуксится!

Алла приняла приказ главы и покинула кабинет, находясь в странных чувствах. Редко она видела Владимира Львовича в таком расположении духа, зная, что работа в кабинете его угнетала.