Тринадцатый

— В тире, — не задумываясь ответил я, поскольку и сам не помнил, где научился.

— Наверно, чуть ли не каждый день туда ходили?

Я понимал, что меня проверяют. Ивану Фёдоровичу показалась странной моя быстрая адаптация. Но иначе я поступить не мог. Тогда бы были жертвы среди видящих.

— Было дело, — ответил я.

— Из какого оружия стреляли?

Это был вопрос с подвохом. Оружие в этом мире кардинально отличалось от того, что было знакомо мне. Механика выстрела была той же, но названия и сборки совершенно незнакомые.

Благо, что я не терял времени зря и изучил этот вопрос в глобале.

— Из койота семьдесят два в основном, — ответил я.

— Хорошая модель, но не боевая.

— Я же говорил, что быстро адаптируюсь.

— Даже слишком быстро, — произнёс Иван Фёдорович одними губами.

Со скорой мы встретились через двадцать минут и передали девушку. Другим выжившим срочная помощь была не нужна. Поэтому остаток дежурства прошёл в качестве сопровождения всех обратно в город.

В четыре часа дня бронемашина куратора уже остановилась возле училища.

— Вас в среду ждать с канцтоварами? — уточнил я, чтобы не задерживаться в этот день на тренировке с мастером.

— В четверг. А я в пятницу уже бабулю в школу отправлю. Пусть развлекается.

— Хорошо, — я потянулся к ручке, но следующий вопрос завёл меня в тупик.

— Алексей, вы же никогда не были вором?

— Был.

И это было правдой. Всего на день я связался с гильдией воров, но о длительности никто не спрашивал, что было мне на руку.

— Сомневаюсь. Такое хладнокровие я видел лишь у убийц, когда отряд видящих направили в тюрьму особого режима, чтобы изгнать призраков. К слову, теперь понимаю, почему мы тогда не нашли ни одного призрака...

Глава 18

— Это вы к чему? — спокойно спросил я.

Знал, что нельзя доказать моей вины ни к убийствам в тюрьме, поскольку туда меня поместили, скорее всего, тайно. Бьюсь об заклад, что надзиратели и не знали моего настоящего имени.

С убийством огневика тоже не связать. Я был уверен, что не оставил следов. И если не знать о призраке-мальчишке, то невозможно доказать мотив. Ведь денег я тоже не взял.

Скорее всего, с помощью этой провокации Иван Фёдорович хотел узнать моё настоящее имя. А я сомневаюсь, что он стал бы держать его в тайне, когда обещают любое вознаграждение.

— Нет. Но мне показалось, — Иван Фёдорович запнулся, словно не мог поверить в то, что собирался сказать.