Небеса Умоются Кровью 3. Путь Водного Дракона

Они могут встретить нас на воде, но сегодня базарный день. Так что придётся, скорее всего, добраться до пропускного пункта. Множество жителей со всей Долины собрались, чтобы показать свои товары.

— Я пришёл оттуда, — взмахом указываю себе за спину, — и по дороге мне попалось не так много поселений. А ты говоришь, «множество». Где же живут остальные? — задаю вопрос, с интересом рассматривая местную архитектуру.

— Вверх по реке, — лодочник показывает в противоположную сторону. — От Хукоу течение усиливается. Сюда в дельту сливаются все потоки и текут вплоть до Драконьего моря.

Выше же воды поспокойнее. В той части долины есть места, где можно, даже не будучи практиком, вернуться обратно домой.

Мы доплываем до части города, расположенной полностью на воде. Причалы делят это место на разные по размеру участки, где стоят красочные суда с кричащими вывесками. Пахнет едой, специями и, не очень приятно, рыбой. Отовсюду звучат призывы заглянуть в плавучие лавки за всевозможными товарами.

— Дрейфующий рынок, здесь ты сможешь найти почти всё, что душе угодно, — гордо заявляет Норах, словно это лично его заслуга.

Правда, попасть туда не так просто. Причалы смыкаются в кольцо, покрывающее огромную площадь воды. Всего в нескольких местах возвышаются арки водяных врат, сквозь которые могут проплыть даже самые высокие суда.

Бдительная стража наблюдает за проплывающими внутрь и останавливает некоторых, заставляя причалить с внешней стороны кольца. К нашей лодке подплывает ещё одна, почти такая же по размеру.

На ней, скрестив руки на груди, несмотря на качку, уверенно стоит высокий мужчина в лёгком доспехе.

— А вот и законники по нашу душу, — хмурится Норах. — Веди себя спокойно и отвечай на все вопросы. В базарные дни они не особо дружелюбны.

Глава 12

— Дорогие стражи порядка, — заискивающе приветствует их лодочник.

— Опять ты, Нюрх, — хмурится немолодой уже мужчина в доспехах, похожих на рыбью чешую.

Лицо загорелое, грубое. Тонкие губы складываются в хищный, неприветливый оскал, демонстрируя блестящие железные клыки.

Глубоко посаженные глаза буравят то лодочника, то меня.

— Господин, пора уже запомнить мое имя, я… — пытается мягко напомнить Норах.

— Рот свой закрой, — раздражённо бросает страж. — Я что, каждого паромщика по имени должен помнить? Делать мне больше нечего. Вы, как рыбы, от речных змеев дохнете. Сегодня есть, завтра нет, — отмахивается он. — А ты откуда будешь и зачем в город пожаловал? — на меня наводится палец с обломанным ногтем.