Седьмой Рубеж

Им и раньше пользоваться было не особенно комфортно, а через час можно будет просто выбросить разваливающийся кусок ржавчины.

Пришлось раздеться полностью и обтереть тело сухой землей. Потом, сильно подумав, надел обратно штаны, им прилично досталось, но носить ещё можно. Подол кольчуги и высокие сапоги приняли на себя основной удар. Выглядел я при этом весьма неприглядно, но это единственный доступный способ убрать следы тварей со своей кожи. Вода в этом случае особо не помогала. Или земля, или песок, или раствор для уничтожения останков монстров.

Но от последнего у меня всё начинало невыносимо чесаться.

Я неспешно выбрался из норы и ещё раз осмотрелся. Крот начал рыть в ста метрах от крепостной стены. В той стороне стояла гробовая тишина. Только в светлеющих сумерках просматривались очертания крепостной стены. На таком же расстоянии в другом направлении виднелась стена леса. Вполне обычного. По крайней мере, пальм или чего-то похожего, я не заметил.

Сомнений в адекватности происходящего становилось всё больше.

По-хорошему, нужно найти хотя бы одного человека, чтобы нормально поговорить и понять, что за хрень тут творится. Вот только до этого момента мне встречались только трупы и монстры. Ни первые, ни вторые особой болтливостью не отличались.

Нужно решить, что делать дальше, но голова совершенно отказывалась нормально работать. Сказывались усталость и общее безумие ситуации. Я был хрен знает где, без возможности использовать магию и информации об окружающем мире. Вариантов дальнейших действий мне виделось всего два.

Можно вернуться в город и попробовать найти там выживших или какие-то артефакты. Связаться с императором и узнать, что за ерунда творится на его земле. При этом возникал серьезный риск встретиться с уцелевшими тварями. Причем, я полностью уверен, что всякая мелочь Ветер пережить не могла. Если я хоть что-то понимал в правилах безопасности границ империи, то скоро к стенам города должны прибыть отряды зачистки. Вот с ними и можно будет побеседовать. Но в том, что меня кто-то будет слушать, имелись большие сомнения.

Я поднял руки и внимательно их осмотрел. Перемазанные землей, жилистые конечности покрыты ссадинами ушибами. Если бы не ноющая боль по всему телу, то ему можно дать лет восемнадцать-девятнадцать. Привет розовым щечкам и томным вздохам под окнами столичных красоток.

На момент проведения ритуала, мне было сто семьдесят пять лет. Для верховного мага империи возраст крайне юный, если не сказать детский.