Дедушка Данзо

Причиной этому послужила болезнь одного из подчинённых Орочимару — Кагуя Кимимаро. Сама Цунаде-сама не горела желанием «лазать по подземельям».

— Ку-ку-ку. Какие люди.

Тихий смех впереди заставил Кабуто и Керо замереть перед самой дверью в лабораторию.

— Орочимару-сама. — Тут же уважительно поклонился Керо, как и Кабуто.

Навстречу им на тусклый свет неторопливо вышел санин. Один небрежный взмах рукой и Керо скрылся в лаборатории, оставляя их одних.

— Давно не виделись, Кабуто-кун.

Вместо ответа ему пришлось ещё раз слегка поклониться, признавая правоту собеседника.

Санин совсем не изменился, несмотря на то, что прошло около двенадцати лет. Действительно, очень давно. Кабуто не ожидал, что тот за давностью лет сможет вспомнить маленького мальчика из приюта.

— Как удачно, — подошёл ближе Орочимару. — Я ожидал увидеть личного ученика Цунаде, но никак не одного из сотрудников Корня. Очень интерес-сно.

Ухмылка санина вызывала дрожь. Если тот расскажет всё Цунаде-сама, то об окончании обучения можно забыть, как и о доверии с её стороны.

Он не мог нарушить приказ и раскрыться перед химе, не смотря на всё уважение к ней и благодарность. Кабуто на секунду представил, как будет недовольна данной новостью Сенджу и поёжился; крепость её кулаков он испытал на себе и не раз. И что самое отвратительное — ничего в данной ситуации он поделать не мог. По возвращению в Коноху необходимо немедленно сообщить обо всём Данзо-сама.

— Почему удачно, Орочимару-сама? — попытался скрыть истинную причину своего напряжения Кабуто.

Бывших сотрудников Корня, как и Анбу, не бывает, только если ты не нукенин. Да и то, Кабуто внутренне усмехнулся, рассматривая перед собой опровержение последнего. Будучи нукенином, санин продолжал работать на благо Конохи. Они оба это отлично знали, опровергать было бессмысленно, но и подтверждать вслух правоту санина Кабуто не собирался.

Вместо ответа Орочимару поднял голову к потолку и широко раскрыл рот, рукой доставая из глотки небольшой свиток.

Выглядело, мягко говоря, омерзительно.

— Данзо заинтересуют эти сведения, — с прежней ухмылкой протянул свиток санин. — В твоих интересах разобраться с недомоганием Кагуя.

— Приложу все усилия, Орочимару-сама.

Кабуто вынужден был принять с поклоном покрытый слюной свиток. Учитывая последние слова санина, ему назвали цену молчания. Наблюдая, как тот неторопливо удаляется, Кабуто раздражённо поправил очки. Это действительно будет интересно.