Мой мышонок лорд преисподней

Не дай бог Крылова еще на свой счет этот жест восприняла бы.

Однако глупо отрицать, что у появления Адастара в жизни Витька, был и один огромный плюс. Как минимум, скучать юноше уж точно не приходилось.

Глава 8

– Возьми мне, пожалуйста, теплый браун панч с корицей и цедрой, но без сиропа, – попросила Дана, как только они вошли. А затем без лишних слов удалилась в другой конец заведения и уселась за столик.

– Вот жеж царевна, блин… – пробурчал себе под нос Василевский, так, чтобы одноклассница его не услышала.

– Лучше бы поинтересовалась, запомнил ли я вообще, что она сказала…

Юноша подошел к стойке, вежливо поздоровался с девушкой-бариста, которая выглядела ненамного старше его самого. И попытался воспроизвести по памяти мудрёное название:

– Будьте добры теплый чего-то там с корицей и какой-то штукой без сиропа. А к нему абсолютно любой кофе. Неважно какой.

– Молодой человек, я не экстрасенс, – закатила глаза работница кофейни.

– Говорите точнее, что вы хотели?

– Эх, я надеялся, вы поймете, что я имел в виду, – разочарованно поник Виктор.

Бариста многозначительно покосилась на Дану, с которой пришел юноша. Отметила её стать, дорогой костюм и безупречный легкий макияж. А потом неожиданно сжалилась над незадачливым кавалером.

– Первый раз у нас, да? – почти сочувственно осведомилась она. – Уж извините, но я вас при всем желании не смогу понять.

В меню нашего заведения более сотни авторских напитков. И почти в каждый мы можем добавить корицу.

– А можно тогда ваше меню посмотреть? Вдруг вспомню…

– Не проще ли свою девушку переспросить? – лукаво улыбнулась работница за стойкой.

– Да мне бы не хотелось… – неопределенно покрутил пальцами в воздухе подросток.

– Стесняетесь? – хихикнула бариста, и Василевский почуял, как вмиг запылали его щеки.

– Ничё я не стесняюсь… – принялся было оправдываться мальчишка, но тут в разум вторгся раздраженный демон:

– Она просила тебя принести теплый браун панч с корицей и цедрой, но без сиропа, болван!

– Ох, Адастар, спасибо! Твоя феноменальная память меня выручила! Ты избавил меня от позора!

– Не благодари.

Просто я всякий раз преисполняюсь скорбью и отвращением, когда ты источаешь беспомощность, – припечатал архигерцог.