Битва двух царевичей

Но после того как мои отношения с автором книги охладели, она чуть-чуть перестала мне нравится. Я ведь сам был писателем, если вы помните, и, как я уже говорил, по моим книгам тоже готовились съёмки серии фильмов. А автор «Ошейника для лисицы» повёл себя со мной без уважения. И теперь я готовил для него очень нехилую конкуренцию. Так что знать, что из себя представляет этот фильм, я тоже должен. А он был хорошим, повторюсь. Что ж, так даже интереснее.

Вскоре я закончил завтракать. Спустив грязную посуду в специальный транспортёр, я уселся на диван перед телевизором.

Признаюсь честно, я чувствовал вину на себе. Злодей Левинидас и его банда всё ещё не пойманы! А я здесь прохлаждаюсь! Но нет, нет, нет, Ленноз, Ленноз, Ленноз, не об этом думаешь! Их ищут профессиональные следователи. Ты вполне можешь пока отдохнуть…

- Ваше высочество, вот ваша еда из ресторана…

Я посмотрел на лакея-льва, вошедшего в мои покои. Чёрный фрак, галстук-бабочка, накрахмаленная рубашка. Грива сзади сплетена в хвостик. Перед собой он катил хромированную тележку, позвякивающую колёсиками, с вкуснейшими блюдами.

В основном, конечно, мясными, но разнообразие было моё почтение! Зелень, овощи, фрукты, грибы. Но только не рыба! Рыбу я не уважаю.

То, что я ел до этого – это был, так сказать, простой завтрак. Подготовительный. Обжираловка начнётся сейчас! Нет, леди и элементы, а что вы хотите? Стресс нужно заедать!

Я взял нож и вилку, склонился над огромным куском мяса, хорошо прожаренным со специями. М-м-м, что за изумительное чудо! Настоящий шедевр! Запах и аппетитный вид, от которых хочется превратиться в настоящего голодного дикого зверя и съесть его в один присест! Захотел только отрезать кусочек и положить себе в рот, но тут…

- Эй, слуга!

- Да, ваше высочество?

- Эту еду доставил курьер?

Лакей явно удивился такому вопросу.

- О, да, ваше высочество, царский курьер…

- Хорошо, хорошо, слуга. Свободен!

И тут в моей голове зажглась идея…

***

- Левинидас! Эй, Левинидас! Завтрак для тебя!

- Мяу! Мяу, мяу, мяу!!!

В лапах у чёрного льва Лонгфанга бешено извивался неразумный кот.

Грязная серая шёрстка, полосатая спинка. Ранки и царапины по всему телу. На мордочке – выражение жутчайшего ужаса. Левинидас жёстко надвигался на него, обнажив свои жуткие белые клыки. Из подушечек на его лапах вышли острые когти. Хвать! И котик дико зашипел! Но от зубов цесаревича в изгнании это его не спасёт.

Левинидас начал смачно поедать сырую тушку котика заживо.