Этот мир не выдержит меня. Том 5

— Насколько мне известно, твой отец сегодня разделал целого барана…

По синюшно-бледным губам Клопа скользнула довольная улыбка. Судя по хитринке, мелькнувшей во взгляде, именно этих слов он от меня и ждал.

— Ты пойдёшь за этой сладкой парочкой, — добавил я, — и будешь следить… Следить за теми, кто решит проследить за ними. Уяснил?

Глаза Клопа округлились от удивления, однако он всё понял без лишних пояснений. Что сказать, пацан стал взрослее… Не только внешне, но и внутренне.

— Что делать, если на них нападут? — с хрипотцой в голосе спросил Клоп.

— Хороший вопрос, — я подмигнул ему. — Запрещать тебе вмешиваться я не буду — это бесполезно, поэтому если сможешь помочь — помоги.

— А если нет? — Клоп прищурился.

— Если нет, то постарайся запомнить как можно больше и возвращайся ко мне, — прошептал я, а зетам во весь голос добавил: — Давай, лентяй, тебя уже отец заждался! Котлы сами себя не помоют…

Висельник и правда смотрел на нас, стоя в дверном проёме, ведущем на кухню.

— Жрать будешь? — спросил он, заметив мой взгляд.

Бывший раскаявшийся говорил так спокойно, словно мы с ним не виделись всего полчаса, не больше.

— Буду, — кивнул я. — И желательно что-нибудь такое, от чего у меня не случится заворот кишок.

— Обижаешь, — цыкнул языком Висельник. — Мои гости получают только лучшее.

На испещрённом язвами лице гиганта виднелась целая россыпь свежих шрамов. Битва под Древними сводами не прошла без последствий даже для него.

— Не сомневаюсь, — хмыкнул я.

— Но лучшего мне не надо — хватит и просто съедобного.

Висельник, усмехнувшись, скрылся на кухне, но его место тут же занял Сабалей.

— Добрый юноша! — воскликнул бывший актёр, воздев руки над головой. — Долго мне ещё ждать? Человеку в моём возрасте требуется отдых… Я уже не могу бодрствовать ночи напролёт! За годы страданий и лишений моё тело утратило былую силу…

Я окинул Сабалея пристальным взглядом. Сейчас — чистый, постриженный и хорошо одетый — он выглядел лет на тридцать — тридцать пять максимум.

И никаких проблем со здоровьем, судя по лоснящейся морде, у него точно не было.

— Врёт, — с кухни послышался приглушённый голос Висельника. — Вчера бухал до утра. Перепил всех — даже начальника стражи. А в этого борова вёдрами брагу можно вливать.

— Бессовестная ложь! — сразу опроверг все «обвинения» Сабалей. Однако по глазам было заметно, что он гордится своими достижениями на поприще самоотверженной борьбы с зелёным змием.