Знамение долин

Клинок раздается в стороны, пока не становится шириной с тело своего хозяина. Никогда в жизни не видела подобного оружия.

Мой невольный напарник справляется с шоком быстрее меня. Едва меч заканчивает расти, парень запрыгивает на него и бросается вперед, стремительно сокращая расстояние. Ишхареду это словно и не волнует, он не двигается, не пытается стряхнуть оппонента. На середине пути становится понятно почему. Из лезвия под ногами блондина вырастает стена мечей и едва не разрезает его на лоскуты. Волей случая или благодаря молниеносной реакции он успевает сделать сальто назад и приземлиться на пол.

Парень отделывается испорченным рукавом костюма.

— По крайней мере мы выяснили характеристику иро, — говорит он в промежутках между тяжелыми частыми вдохами, — она манипулирует материей меча.

Ишхареду снова поднимает свой гигантсткий меч, словно тот ничего не весит. Либо вложенная манипуляция изменяет форму, но сохраняет вес равным изначальному, либо он обладает какой-то титанической силой, и я предпочла бы первый вариант.

Неповоротливое лезвие меча с размаху впечатывается в стену. На кусочки разлетаются бесценные произведения искусства из коллекции куату и градом осыпаются на землю. Если мы не умрем сейчас, нас обезглавят позже за порчу имущества, вряд ли кто-то поверит в версию про убийцу с огромным мечом.

Благодаря жертве искусства коридор остается фактически пустым, поэтому в этот раз сократить расстояние пытаюсь я. Меч застрял в стене, потребуется время, чтобы его вытащить. Точнее потребовалось бы нормальному созданию, ишхареду же играючи освобождает меч и перемещает его в сторону противоположной стены.

На его пути есть только я. Я оказываюсь в мясорубке. Падаю вниз и чувствую как лезвие проносится прямо надо мной. План требует корректировки.

По инерции меч погружается на несколько сантиметров в стену. Блондин использует это, чтобы повторить свой трюк с пробежкой по лезвию. У меня уходит секунда, чтобы осознать происходящее. Ишхареду будет занят парнем. Поднимаюсь одним резким движением и продолжаю путь.

Обе руки мужчины заняты рукоятью меча. Готовлю собственные клинки, поворачиваюсь, чтобы замахнуться. Одного удара хватит, чтобы лишить его головы.

Однако ишхареду освобождает руку и за секунду уменьшает меч до оригинального размера. Блондин падает, я теряюсь и упускаю момент. Широкая ладонь обхватывает мое горло и приподнимает.

— Что ты такое? — спрашивает он низким голосом, усиливая хватку на шее. Я удивлена, что он вообще умеет говорить.