Знамение долин

Тиогэ выглядит уставшей, вряд ли она спала хоть час за последние дни, как и другие агенты.

— Я хотела бы получить разрешение покинуть Конгайль.

— Какого хрена я сейчас услышала, Аделар? — горящие яростью глаза отвлекаются от экрана и впиваются в меня. — В твоих же интересах, чтобы мне показалось.

— Я неверно выразилась, — слова выходят из меня скомкано. — Это временно, мне нужно два дня отгула.

— И куда же ты собралась, позволь спросить, причем так скоро после крупнейшего террористического акта в истории континента?

— В Эктрокас, я обязана отчитываться перед ними каждые четыре месяца, это одно из условий моего ухода из ордена, — плюс, это неплохая причина проведать Лоркана и узнать мнение ордена по поводу произошедшего.

Проходит как минимум десять секунд, прежде чем тиогэ дает мне ответ:

— Один день, не менее чем через две недели и только после официального прошения, — добавляет она. — ШуннахЛаргон сказал, что ты можешь выполнять свои обязанности в полной мере. Сегодня на тебе ночной патруль дворца.

— Разумеется, тиогэ. Спасибо, — говорю ей в спину. Очевидно, на формальности и вежливость времени у нее нет. Отправляю заготовленное сообщение с чистой совестью. Остались мелочи — не получить отказ через две недели.

Делаю несколько шагов из зала, когда очередной приступ боли в ребрах заставляет меня остановиться. Деймос может и выписал меня с фразой “угрозы для жизни нет, следовательно нечего тут валяться, у меня есть пациенты серьезнее”, но легче от этого не стало.

Синяки на грудной клетке не желали проходить, хотя как правило исчезали первыми, о срастании переломов рано даже думать, им потребуется еще неделя, хотя бы от необходимости жить с сотрясением меня спасли проведенные без сознания дни. Поэтому пока я послушно глотала выданные таблетки и продолжала работать как обычно.

Все равно Деймос прав, есть десятки тысяч альсидэ с более серьезными травмами. Теракт отнял сорок тысяч жизней, пострадало в два раза больше.

Ксандер почти потеряла руку, лезвие разрезало мышцу плеча до кости. Лоркан винит себя в том, что отказался приезжать, ведь он мог бы защитить ее от любой опасности. Меня больше волнуют погибшие лорды кантонов, их безопасность была моей ответственностью. Я же зациклилась на каком-то ишахерду, который оказался просто родственником правящей семьи города Хакруз в вилайете Магхаб.

Самой большой загадкой в нападении на праздник Аранэлль было его исполнение.