Копьё тысячи молний. Том 1

Кулак Умана без труда пробил защиту врага. Призрак получил в грудь мощнейший удар, заставивший его отлететь к дальней стене арены.

— Каждую косточку, — напомнил чемпион довольно. — Я сломаю тебе каждую косточку!

Уман притянул к себе меч и снова ринулся в атаку. Он сделал два коротких прыжка, а после со всей силы рубанул по лежащему врагу. Такой удар разрубил бы пополам и каменную колонну, не то что человека.

Но Тисан выжил. Вовремя придя в себя, он использовал Броню тени, схватив гигантский клинок руками.

Это спасло от безумной атаки, однако Призрак ощутил, что быстро слабеет. Техника непробиваемой кожи быстро высасывала жизненную силу, ещё пара таких ударов и можно потерять сознание.

— Чёртов слабак! — разъярился Уман. — Все эти мелкие фокусы тебе не помогут!

Чемпион одной рукой схватил Тисана за горло и поднял над землёй. Глаза Умана горели неестественным огнём, словно он превратился в демона.

— Откуда в тебе столько силы? — сдавленно прохрипел Призрак. — Что ты с собой сделал?

— Сделал? — рассмеялся Уман.

— Я боец от рождения, а ты лишь выскочка, прячущейся за чужими спинами! Сдохни уже!

Взмахнув рукой, чемпион вознамерился отбросить Тисана к стене, но тот растворился в воздухе, и буквально утёк сквозь пальцы.

Появившись в метре от врага, Призрак напитал стальное копьё магией, сделав его наконечник бесконечно острым.

Быстрый замах, удар.

Копьё просто отскочило от Умана, а на его теле вдруг проступила переливающаяся узорами и символами полупрозрачная броня.

Это не было чарами, скорее всего, сработал какой-то оберегающий от урона артефакт.

— Защитный амулет, — усмехнулся Уман. — Эти зубочистки, которые и оружием-то назвать нельзя, мне ничего не сделают. Смирись, твой последний час уже настал! Сегодня ты покинешь эти стены только вперёд ногами.

Уман попытался взмахнуть мечом, но не смог. Всё его тело что-то сковало, не давая двигаться, а под ногами вспыхнула красная печать.

— Артефакты есть не только у тебя, — усмехнулся Тисан, указав на металлическую табличку с символами, что он активировал и подбросил в песок, пока валялся на земле.

Глаза Умана были полны ярости и злости. Если бы взгляд мог убивать, то Тисан тут же обратился бы в пепел.

Гигантский меч чемпиона вдруг ярко вспыхнул. Символы на нём начали выстраиваться в слова, создавая заклинания. Из оружия вырвалась ударная волна, затем вторая, третья.

По красной останавливающей печати пошли трещины.